— Альба! — воскликнул Йон, но побежать за ней не смог. Дон Хоакин усадил его обратно на стул больно сжав раненое плечо.
— Для тебя, молодой человек, сеньорита Гарсиа, а не Альба, — прошипел он.
От боли потемнело в глазах. Йон разозлился, скинул руку мужчины со своего плеча и, глядя ему прямо в глаза, ответил:
— Тогда для вас, дядя, я просто сеньор Гарсиа.
Все сидели словно оглушённые. Донья Адриана лишь безмолвно прикрыла рукой рот, а донья Беатрис отчего-то улыбнулась.
Лукас, который все это время сидел в кресле отдельно от всей семьи, подскочил и закричал:
— Да как ты смеешь, выродок, называть себя Гарсиа! — он был слегка пьян, и донья Адриана поспешила уладить его обратно. — Пустите, мама! Он и раньше был наглым, но теперь!.. Вы это слышали!
— Успокойся, сынок, — прошептала донья Адриана.
— Ты вообще убийца! Как ты можешь называть себя Гарсиа! — воскликнула донья Беатрис.