ماجراهای تام سایر

Главное — верить. Если веришь, то всё обязательно будет хорошо — даже лучше, чем ты сам можешь устроить.

Том снова занял блестящее положение героя – на утешение старшим, на зависть ровесникам. Его имя даже увековечили в печати, ибо городская газетка превозносила его. Некоторые были уверены, что он когда-нибудь станет президентом, если только его не повесят до тех пор.

И в школу мы всегда вместе будем ходить, и домой тоже, когда никто не видит, и во всех играх ты будешь выбирать меня, а я тебя, это так уж полагается, и жених с невестой всегда так делают.

- Послушай, а это что у тебя?
– Ничего особенного, клещ.
– Где ты его взял?
– Там, в лесу.
– Что ты за него просишь?
– Не знаю. Не хочется продавать.
– Не хочешь – не надо. Да и клещ какой-то уже очень маленький.
– Конечно, чужого клеща охаять ничего не стоит. А я своим клещом доволен. По мне, и этот хорош.

... такое осиное гнездо растревожили, что моё почтение!

Нельзя врать, когда молишься, - это я понял.

Только и знай хлопочи да заботься, хлопочи да заботься! Этак и жить вовсе не захочешь!

... "душа вылезла через поры желтыми пятнышками".

... для того, чтобы мальчику или взрослому чего-нибудь захотелось, нужно только одно - чтобы этого было нелегко добиться.

Ах, если бы он могу умереть не навсегда, а на время!

Нет хуже дурака, чем старый дурак. Недаром говорится: «Старую собаку не выучишь новым фокусам».

The pitifulest thing out is a mob; that’s what an army is—a mob; they don’t fight with courage that’s born in them, but with courage that’s borrowed from their mass, and from their officers. But a mob without any man at the head of it is beneath pitifulness.

Обедает вдова по звонку, спать ложится по звонку, встает по звонку - все у нее по порядку, где же человеку это вытерпеть.

Как и многие простодушные люди, она считала себя большим дипломатом, способным на самые тонкие и таинственные уловки, и полагала, что все ее невинные хитрости — чудо изворотливости и лукавства.

Для того чтобы мальчику или взрослому захотелось чего-нибудь, нужно только одно - чтобы этого было нелегко добиться.

— А ты что сделаешь со своей долей, Том?
— Куплю барабан, взаправдашнюю саблю, красный галстук, бульдога-щенка и женюсь.
— Женишься?
— Ну да.
— Том, ты… ты не в своём уме!

Bсегда так бывает: не важно, виноват ты или нет – совесть с этим не считается и все равно тебя донимает. Будь у меня собака, такая назойливая, как совесть, я бы ее отравил. Места она занимает больше, чем все прочие внутренности, а толку от нее никакого.

Ну, думаю, была не была: возьму да и скажу на этот раз правду, хотя это все равно что сесть на бочонок с порохом – и взорвать его из любопытства – куда полетишь?