Цитаты из книги Том 9. Ариэль

Борьба на жизнь и смерть — незыблемая основа нашей прославленной демократии.

Слава всякого киноартиста прямо пропорциональна суммам, затраченным на рекламу.

Однако он скоро убедился, что даже самые полезные вещи приятны только тогда, когда их имеешь в меру.

Великое производство природы также имеет свой брак, и в большом количестве.

Согласитесь, что вы представляете совершенно исключительное явление природы, как неповторимое произведение искусства... Вы видели химер на парижском соборе Нотр-Дам? Они очень безобразны, и в то же время в них своеобразная красота. Что сказали бы про человека, который разбил бы химеры и на их место поставил благообразных херувимов? Не назвали бы его вандалом и варваром?

«Нет, из нее не следует делать Офелии и Дездемоны. Ее пришлось бы муштровать, прививать непривычные жесты, заставлять думать о своих движениях, и с Эллен случилось бы то же, что с сороконожкой в сказке Уайльда, которая свободно бегала, пока ее не попросили объяснить, как именно она передвигает ноги, – какую ставит раньше, какую позже. Сороконожка задумалась и... не могла сделать шагу. Эллен должна остаться собой. Значит, нужны будут и иные сценарии...»

"...Оказывается,потерять своё лицо-пренеприятная вещь..."

"Скажите мне, почему такая несправедливость? Имя и фамилию можно переменить, костюм, местожительство можно переменить, а своё лицо - никогда! Оно как проклятие лежит на тебе..."

По пути домой он с удовольствием приказал вышвырнуть негра, который имел дерзость войти в вагон для белых.

• Большинство этих простых, трудолюбивых, честных людей заслуживает гораздо большего уважения, чем многие из присутствующих, которые, кстати сказать, живут за счёт этих людей!

Смех - самая ценная валюта.

Если бы даже Ариэль сам сказал: «Я бесплотный дух. Я ангел», – Джемс Чэтфилд, не удивляясь и ни на секунду не задумываясь, ответил бы: «Олл райт! Я предлагаю вам ангажемент. Каковы ваши условия?»

Он все еще оставался жить у пастора для укрепления в вере и укрепил ее настолько, что едва не уложил в гроб своего наставника.

Поймите, публике приедается все, кроме одного — борьбы, состязания, с их вечной сменой неожиданных положений и неизвестностью финала. Перед редчайшими в мире животными публика останавливается лишь на минуты, а какие-нибудь глупые петушиные бои она готова смотреть часами.

Чем больше в народе раздоров и распрей, тем легче управлять им.

Как многие англичане в Индии, он не обзаводился основательной мебелью, считая свое пребывание кратковременным, и так проходили годы.

Хорошо иметь другом бога.

Привычка — вторая натура.