Пески Марса. Земной свет

К тому же Человек не был бы Человеком, останься он на Земле. Та врожденная непоседливость, которая гнала его к крайним пределам родного мира, заставляла подниматься в небо и опускаться на морское дно, разве могла она не откликнуться на вечный, доносящийся из бездонных глубин пространства зов Луны и планет?

Понять, что вращается станция, а не Солнце и звезды, было совершенно невозможно. Приходилось просто верить. Звезды неслись так быстро, что удавалось ясно различить только самые яркие, а Солнце, когда Гибсон разрешил себе взглянуть на него, золотой кометой пронеслось мимо. Сейчас нетрудно было понять, почему люди так и не хотели верить, что вертится Земля, а не прочный свод небес.

"Я нахожусь в положении человека, - мрачно подумал Садлер, - разыскивающего в темном подвале черного кота, который то ли есть там, то ли нет". Для полной точности аналогии следовало бы добавить - человека, который даже не представляет себе, как именно выглядит этот самый кот.

Только естественно, что после длительной жизни в почти полностью мужском обществе все шесть девушек из вычислительного центра имеют, мягко говоря, сомнительную репутацию.

Другие, наверное, встали рано и пошли на разведку. Гибсон немножко обиделся, что его не взяли; но тут же понял, что обиделся бы еще больше, если бы его разбудили.

Нельзя приспосабливаться к среде. Надо приспособить среду к нам.

Дом, куда никто ещё не входил, бывает порой тоскливее покинутых развалин, где хоть когда-то была жизнь.

— Наш маленький мир держится на двух вещах: на профессиональном умении и тяжелой работе. Тем, кто не способен ни к тому, ни к другому, лучше вернуться на Землю.

Что может быть нуднее вчерашней научной фантастики?

Он пытался убедить себя, что животное, никогда не встречавшееся человеку, редко относится к нему враждебно; однако на свете было достаточно исключений из этого правила, чтобы сделать жизнь интересной.