Вряд ли женщина способна полностью восстановиться после изнасилования. Всё равно остаются шрамы, и иногда эти шрамы ноют. Наверное, они ноют даже спустя годы – десять, двадцать, тридцать лет.

Женщинам нравится смотреть, как живут другие люди.

С людьми надо ладить, а не дружбу водить.

«Без меня моя винтовка бесполезна. Без винтовки бесполезен я».

Когда ты причиняешь человеку боль — не такую ерундовую, как та, что тревожит мой заживающий бок, а настоящую боль, смертельную, — она оставляет шрам. Не на теле, а в душе. Так и должно быть.

Болтунов не должно быть там, где замышляется убийство.

...вымысел - это не истина, а путь к ней.

Если очутился там, где тебе не место, делай вид, что пришёл по делу.

Чем меньше про тебя знают, тем спокойней тебе живётся.
И крепче спится.

...не стоит беспокоиться о том, что не в твоей власти. Это верный путь к безумию.

Она ему небезразлична, и это гораздо больше, чем секс.

Бронежилета на нём не было. Наверное, он думал, что со спины его прикрывает Аллах, но у Аллаха в тот день нашлись дела поважнее.

Думает, что Золя был — и остается — эдаким Чарлзом Диккенсом из ночных кошмаров.

Наверное, у каждого есть тяга к прекрасному, унять которую можно только за большие деньги.

Они поплатятся, да, но прежде всего они должны усвоить урок, а мёртвого ничему не научишь.

Когда всё летит к чертям, времени оно не теряет.

Как это, оказывается, здорово — писать. Он всегда об этом мечтал, и вот он пишет. Здорово. Но кто мог знать, что это так больно?

Хотя если честно после всего что я повидал в детстве и потом… не знаю есть ли на свете такие люди. Ответственные взрослые.