Колыбельная

Книги в жанре контркультуры довольно нечасто попадают в мои списки на прочтение. Из всего Паланика я и читал только «Бойцовский клуб» « и «Ссудный день» . Однако основная идея колыбельной показалась мне интересной, и я приступил к чтению.
Завязкой роману служит разбор такого сложного и трагичного медицинского термина, как СВДС – синдром внезапной детской смерти. Это абсолютно внезапная остановка дыхания у внешне здорового ребёнка в возрасте до года. Чаще всего врачи не могут установить причину даже при вскрытии. Звучит жутко? Обычно больше всего и пугает что-то реальное и близкое.
Главный герой, репортёр Карл Стрейтор, занимается исследованием СВДС, беря интервью у пострадавших родителей. В какой-то момент он осознаёт, что выделил некую систему. Всем умершим детям перед смертью родители читали одну и ту же колыбельную из детской книжки. Как оказалось, это древняя песня, названная баюльной. Её пели нежеланным детям в голодные времена и смертельно раненым войнам. В рамках бредового эксперимента Карл читает этот стишок своему боссу, а следующим утром тот не выходит на работу. Таким образом, в руках главного героя оказывается книга, которой можно убивать. И книг таких 500 штук, разбросанных по всей Америке. Выясняется, что об этой дивной книге знает не только главный герой. Собрав некое подобие команды, Карл отправляется в путешествие по Америке с целью уничтожения оставшихся книг.
В романе чётко прослеживаются танатологические мотивы. У наших героев весьма трагическая судьба. Когда-то давно их постигло одно и то же несчастье – они убили свою семью баюльной песней. Не смотря на обилие мистики, перед нами всё тот же Паланик, и поэтому контркультуры будет в избытке. Мы снова и снова будем сталкиваться с излюбленными темами Паланика, поднятыми ещё в «Бойцовском клубе».
Герои здесь очень колоритны и разнообразны, со своими историями и мотивацией. Благодаря им получается очень тонко обыграть все те острые темы. Карл Стрейтор – замкнутый мизантроп, корящий себя за смерть родных и размышляющий на тему власти над смертью, которая так внезапно свалилась на него. Элен Гувер Бойль – риэлтор, скупающая и раз за разом продающая дома с привидениями. Она, как и Карл, потеряла родных из-за баюльной песни. Мона – секретарша Элен, помешанная на мистицизме. Устрица – поехавший хиппи со странной системой координат. И это лишь ключевые персонажи, второстепенные не менее интересны. Их объединяет одно – положительными и приятными их назвать трудно. Через своих героев Паланик обнажает проблемы современного общества и высыпает на читателей массу контркультурной философии. Автор снова и снова заставляет задуматься как о вечном, так и о простом бытовом. Читать роман, нужно вдумчиво, а не как лёгкое чтиво. В «Колыбельной» много чего намешано, от философии до натурализма, от максимально приземлённых вещей до магического реализма.
Роман написан в типичном для Паланика стиле. Подача очень яркая и динамичная. Постоянные повторы фраз, которые крепко въедаются в мозг – это своего рода крючки, которыми Паланик цепляет внимание читателя. Например, синий галстук главного героя, на который окружающие постоянно обращают внимание. Все эти приёмы создают уникальный стиль, задают особый темпоритм.
О чём точно нужно знать перед прочтением, так это о жёстком реализме: грязи и жести тут предостаточно. Поэтому особо впечатлительным лучше пройти мимо.
Итог: «Колыбельная» – весьма необычный роман. Как будто мистицизм Кинга совместили с аниме «Тетрадь смерти» и щедро приправили контркультурной философией. Роман, однозначно, не для всех. Хотя, откровенно говоря, мне подобное смешение стилей пришлось по душе. Особенно интересными показались размышления человека, обладающего практически безграничной властью над смертью.

Довольно давно подруга принесла в подарок эту книгу со словами что-то наподобие: "Мое любимое произведение, прочти обязательно". Ну, сколько людей, столько и мнений, конечно, и то Паланик, как я теперь знаю, точно не мое.
О чем книга? Главный герой, Карл Стрейтор, колесит по Америке (ну, любят они по своим штатам кататься на автомобилях, что тут поделаешь?) с компанией весьма странных личностей, среди которых человек без определенных занятий, колдунья и авантюрист, и ищет некую книгу - Гримуар, в котором записано некое маленькое произведение, то есть колыбельная древнего народа Африки, и тот, кому она была прочтена, умирает. В общем-то, и все. Однако от такого короткого по событиям сюжета больше вопроса, а не ответов: почему колыбельная так действует, стоит за этим какая-то магия, если да, то какая (даже в самом плохом фильме ужасов и то есть объяснения, почему происходит мистика в каком-либо доме с приведениями - ну, я не знаю, может, человек там раньше страшной смертью умер или что-то еще подобное)?
О чем хотел сказать автор? Мир прогнил, люди прогнии, Америка прогнила? Так? Ну, много книг об этом написано, много фильмов снято (в том числе тот же "Бойцовский клуб" этого же автора). О чем тогда такой вой и плач? Люди стали смотреть телевизор и сплетничать? Ну, так последнее люди делали еще в пещерах, а сами главные герои не очень-то интеллектуалы, чтобы сетовать о глупости телевизионных передач (извините, но не видела цитат из Конфуция или хотя бы банального чтения книг; да что там - я просто нормальных диалогов без оскорблений друг друга не видела, не то что философских диспутов).
Странные диалоги, странные поступки героев, странные мотивации... В этой книге все странное. Если Паланик думал, что история страшная, то вовсе нет - она именно что странная (извините за повторы, но то, что производило в книге ни в какие рамки), хотя местами и мерзкая.
В духе конца 90-ых годов, период которых в литературе и кино далеко не самый мой любимый. Так что советовать никому не стану - если есть любители творчества этого автора, то прочтут и без моей указки; а если вы не любите чернуху и мерзкие подробности, в числе которых некрофилия, убийства и прочее, то вы сами не станите читать "Колыбельную".

С Чаком Палаником я познакомилась благодаря мужу. Сперва мы посмотрели "Бойцовский клуб", от которого я пришла в восторг ( муж уже был в восторге, потому что до этого фильм видел). Потом он решил устроить сюрприз на мой день рождения и купил аж три книги автора в подарок. Признаться, до этого Паланика я вообще не читала, а тут волей-неволей мне суждено было прочитать три его книги, при чем с небольшим промежутком.

"Бойцовский клуб" зашел на ура, но для меня это стало одним из редких случаев, когда фильм вышел круче книги. С оставшимися двумя мне повезло меньше. "Колыбельная" - вообще книга не моего формата. Мне тяжело читать о мерзостях, мой мозг не настолько изощрен, чтобы видеть в этом интерес или получать какое-то удовольствие от чтения. Конечно, Паланик эпатажен и по-своему прекрасен, но только "Колыбельная" для меня стоит отдельно от автора. Я все же принимаю больше Паланика с "Бойцовским клубом", нежели с ней.

Не знаю, дойду ли я ещё когда-то до Паланика. Скорее нет, чем да. Лучше пусть у меня в голове останется образ эпатажного бунтаря, который сумел завлечь читателя и зрителя чем-то необычным, чем автора, щедро приправляющего книги мерзостями. Но всякая книга найдет своего читателя, так что оставляю автора любителям приятных гадостей.

Интригующая аннотация, горы хвалебных рецензий и… абсолютно непонятная для меня начинка. Не оценила я старания Паланика от слова совсем.

Главный герой обнаруживает в книге детский стишок-колыбельную, которым можно убить, причем кому-то нужно его прочитать вслух и ждать, пока жертва заснет, а Стрейтору достаточно вспомнить про себя строчки, и пролетающие мимо птицы, ведущий на экране телевизора, диктор на радио – все уже лежат мертвые. ГГ объединяется с еще тремя, вовлеченными в тайну колыбельной и пытается найти гримуар, первоисточник, из которого было списано «смертельное-заклинание».

Манера изложения показалась мне эпатажной и трудной для восприятия, но это мелочи. Я не поняла, чего же автор хотел донести до читателя? Проблему власти? Показать, как власть может изменить человека и как каждый выбирает, как применить свое могущество? Тема не нова, да и не совсем раскрыта, на мой взгляд. Объяснить с помощью Элен, что любые вещи и дорогие безделушки на тот свет с собой никто все равно забрать не сможет? Или рассказать историю Адама и Евы в современной интерпретации?

Не могу сказать, что книга полная чушь или что-то в этом роде, просто она должна найти своего читателя, и это не я. Мне не повезло вынести из «Колыбельной» что-то полезное для себя, но надеюсь остальным повезет больше.

Со своей колокольни, со своими "бзиками", фантазией, в эпатирующем жестком стиле об ущербности человека и бессилии себя поменять.

Как с такими взглядами противостоять сильнейшему искушению, предложенному главным героям романа? Невозможно.

Читать было интересно. Нет человека - нет проблемы... и человечества.

Это мое первое произведение Паланика, не считая просмотра фильма "Бойцовский клуб". И я, не знаю, как можно описать эту книгу. Ее невозможно пересказать!!! Ее надо прочувствовать, пропустить через себя. Но я сомневаюсь, что это удастся каждому с легкостью. Эта не та книга, что читается на одном дыхании. По крайней мере мне так кажется.
Я читала ее в течении долгого времени, она шла очень трудно. Начала. Читаю. Час, второй, и откладываю... Невозможно за раз вместить в себя такую тонну непонятного, удручающего уныния.
Когда мысли скачут, как ноты при игре на пианино, твой мозг начинает сопротивляться тому, что для него кажется непонятным, но когда вникаешь в суть, заставляешь задуматься над происходящим, понимаешь, что уже не отпустишь эту книгу, пока не докопаешься до сути. Это странно, так как книга тяжелая и оставляет осадок в душе с привкусом черной алмазной крошки во рту, но не отталкивает, цепляясь за твою душу длинными, липкими метастазами, проникающими в тебя все глубже. И шепотом отдавая в мозгу: - Ты теперь один из нас!

Если вы ищете книгу для легкого чтения на ночь, отложите «Колыбельную» подальше. Это - забористая чернуха от классика жанра, и нельзя не признать, что Паланику вновь блестяще удается балансировать на самой грани между трэшем и откровенной дрянью, не переступая ее.

Сюжет романа строится вокруг журналиста Карла Стрейтора, который случайно обнаруживает древнюю «колыбельную» - магический стишок, способный умертвить любого, кому его прочесть. Что из этого получается? Правильно: хаос, смерть и абсолютно паланиковский апокалипсис в отдельно взятой реальности, где стирается грань между бытовым абсурдом и чистейшим злом.

Признаюсь, у меня с этой книгой не сложилось, и виной тому - герои. Они меня не зацепили. О симпатии к персонажам Паланика и говорить нечего: они почти всегда мрази и психопаты, и здесь не исключение. Но в «Бойцовском клубе» или «Невидимках» мне было небезразлично, что же случится с этими отбросами дальше. В «Колыбельной» же все действующие лица, от главного героя до второстепенных, вызывали у меня лишь скуку и равнодушие.

И всё же главное «но» этой книги существует. Меня впечатлил сюжет и запредельно высокий градус трэша. Это те самые непередаваемые ощущения, когда читаешь нечто настолько отвратительное и гадкое, что начинаешь испытывать от этого почти эстетическое удовольствие. В этом и есть магия Паланика - после чтения его самых мрачных и шокирующих страниц я чувствую не подавленность, а странный душевный подъем. Вся та грязь, что накопилась в мыслях и сердце, будто бы выплескивается наружу и оставляет место для чего-то светлого и созидательного.

Мне подобные книги, жестокие компьютерные игры и тяжелая музыка всегда помогали справиться с внутренним гневом, вопреки всем доводам скептиков. «Колыбельная» - идеальный пример такой эмоциональной гигиены. Прочитал лютую дичь, прожил ее вместе с автором - и испытываешь почти медитативное умиротворение. Это не для всех, но для тех, кто понимает, «Колыбельная» станет еще одним мощным сеансом экстремальной терапии. Наверное, каждому свое.

Эти звукоголики. Эти тишино-фобы.
Аннотация у данной книги очень заманчивая, но не зная стиля Паланика, можно очень сильно промахнуться. Я оказывается уже и забыла какой треш и какая лютая дичь порой творится в его книгах. И поэтому мне пришлось снова привыкать к его стилю. В общем и целом меня не зацепило, читалось скучно и главные герои особо не вызывали бурных чувств. Чем то напомнило Тетрадь Смерти, но там исполнение намного круче несомненно.
А так книга задаёт вечные вопросы, что будет если человеку будет дано всевластие? Ничего хорошего...

Паланик меня не разочаровал. Я просто не возлагала на него больших надежд и взялась за чтение только для ознакомления и, быть может, ради спортивного интереса. Вполне себе обычная книга, простой язык, несложный сюжет. Местами есть намек на экшен, но до напряжения и восторга не дотягивает. Манера письма и стиль (скорее перевода) раздражает. Я понимаю, почему так популярен и любим Паланик. За его зрелищность (мясо, матюки, убийства и голые сиськи). Хлеба и зрелищ требует читатель, и Паланик дает их сполна. Однако это совсем не мое - я больше романтик, нежели мясник.
Сюжет закручен слабо, какой-то особой интриги не ощущалось, глубокого смысла между строк тоже не нашла, а некоторые описания событий оказались либо скучными, либо вообще мусорными.
Возможно, позже возьмусь за Бойцовский клуб или Удушье, но Колыбельная мне не понравилась.

Увы, что один раз увидено, то уже не развидеть.
Долго колебалась, брать ли Паланика в руки или нет. Знала, что меня ждет в его книгах и мне это уже заранее не нравилось. Но я вляпалась в игру, где мне и посоветовали его. Что ж, решила почитать. Одно дело - голословно говорить, что это не мое, что это чушь и т.д. и т.п., и совершенно другое - убедиться в этом на практике.
Да простят меня фанаты Паланика, но большей хрени я в жизни своей не читала.
Просила зубодробительный, мозговыносящий трэш. Зубы целы, мозг на месте. Правда, поврежден. Наверное, бесповоротно.
Мерзко, гадко, смысла я не уловила. Будто тонну грязи вылили на меня. Тошнота и головная боль, вот что я получила от прочтения книги.
Он говорит, она говорит, кто-то (имя персонажа) говорит. Выбесило с первых страниц. Открылась жестокая аллергия на глагол "говорит".
Бесконечные повторы, мелькающие так часто, что аж в глазах рябит. И тоже бесит. Слишком много. Слишком заметно. Ни у кого из авторов, читанных мною ранее, я подобного не замечала. Такой "стиль" или как это называется определенно мне чужд и неприятен.
"Я считаю... я считаю..." - поначалу не обращала внимания и не зацикливалась. Потом начало подбешивать. Потом уже тупо пропускала эти предложения.
Теперь могу с уверенностью сказать, что Паланик абсолютно не мой автор, такой "литературы" я не понимаю и вряд ли когда-нибудь пойму. И на этой книге я закончу свое знакомство с ним.