Отзывы о книге Obłomow

Даже не помню, читала ли я роман в школе или ограничилась кратким содержанием. «Обломов» — удивительная книга, которая с годами раскрывается совершенно по-новому. Поэтому рада, что роман попался в этот период жизни. Показалось, есть многое, созвучное роману, и в моей жизни. В сегодняшний век бесконечной информационной суеты во мне звучат слова Обломова Жизнь... трогает везде, не дает покоя. Я бы хотел, чтобы всё шло тихо, мирно, как в сказке... А тут вечно какие-то перевороты, какие-то планы, новые законы... Зачем это всё? Кому это нужно?

«У меня есть свой мир, в котором я живу и радовался... Этот мир — моя комната, мой диван, мой халат. Здесь никто не судит меня, здесь нет фальши и обмана. Зачем мне выходить туда, где всё чужое?»

«Я — как старый, разбитый корабль, который выбросило на берег... Пусть меня оставят здесь, в моей тихой гавани. Мне больше ничего не нужно от этого мира».

Сегодня психотерапевты назвали бы его день и апатию клинической депрессией, тяжелым выгоранием или хронической прокрастинацией. А его диван — это «безопасное пространство» попытка спрятаться от стресса, токсичной продуктивности и необходимости постоянно принимать решения. Иногда мы все хотели бы на такой "диван". Понятно, что выбрать путь Обломова и очутиться в полной изоляции ведёт у погибели больше физической, поэтому его "диван" должен быть весьма дозированным. Оценила роман ещё и за мастерство писателя. Его особенности языка впечатляют. В отличии от Достоевског и Толстого Гончаров пишет как художник-живописец — неторопливо, ровно и с невероятным вниманием к деталям. Вещь в языке Гончарова становится одушевленной и рассказывает о герое больше, чем прямая характеристика. Один халат чего стоит, почти отдельный главный герой. Также автор в повествовании никуда не спешит, создает атмосферу того самого покоя, о котором мечтает Илья Ильич. Создаётся впечатление, что писатель пишет о современном понятии Slow Living. Иван гончаров ироничен и тонок, остр, но добродушен с самым главным своим орудием - языком. Иронией и скрытым юмором насквозь пронизаны слова героев. Автор словно подшучивает над Обломовым, совершенно не осуждая его. Так и мы, читая роман, не судим Илью Ильича, а под сегодняшним прессингом жизни в душе слегка завидуем и желаем подобного в некоторых отношениях покоя

Вот и мной прочитано это гениальное произведение. Эмоции оно вызвало у меня разные: смех, скуку, апатию, бодрствование, слезы. Смех. Стоило только представить картину, как в очередной раз Обломов зовет Захара.

-Захар! Опять тот же прыжок и ворчанье сильнее. Захар вошел, а Обломов опять погрузился в задумчивость. Захар стоял минуты две, неблагосклонно, немного стороной посматривая на барина, и наконец пошел к дверям. — Куда же ты? — вдруг спросил Обломов.— Вы ничего не говорите, так что ж тут стоять-то даром? — захрипел Захар, за неимением другого голоса, который, по словам его, он потерял на охоте с собаками, когда ездил с старым барином и когда ему дунуло будто сильным ветром в горло. Он стоял вполуоборот среди комнаты и глядел все стороной на Обломова. — А у тебя разве ноги отсохли, что ты не можешь постоять? Ты видишь, я озабочен — так и подожди! Не залежался еще там? Сыщи письмо, что я вчера от старосты получил. Куда ты его дел?

Перепалки барина со слугой можно читать и перечитывать бесконечно. Ни один анекдот в сравнение не подойдет. Скука. Некоторые главы вызывали скуку. Мало того по объему они были самыми большими, так в основном там шло описание. Такая же картина прослеживалась и в «Обрыв» И. А. Гончаров . Это единственный минус в произведениях автора. Апатия. Я за собой заметила, как только шло описание действий Обломова, точнее его бездействия, лени, отсутствие интереса к жизни в целом, со мной начинало происходить что-то подобное. Я еле себя заставила погулять с ребенком. Неужели характер персонажа может действовать так на человека? Бодрствование. Зато когда на горизонте появлялся Штольц, хотелось, вмести с ним, свернуть горы. Я люблю людей с таким характером, с таким темпераментом. Они не сидят на месте, все в их руках кипит. Такие люди заряжают энергией. Я до последнего надеялась, что он сможет расшевелить своего друга детства. Даже то, что он сделал для Обломова, заслуживает похвал. Слезы. Последние главы дались тяжело. Они оставили осадок в душе. Обломов. Он сам выбрал для себя такую жизнь. Ни один раз ему подавали руку, чтобы вылезти из состояния, в котором он находился, но выйти из «зоны комфорта» он так и не смог. Агафья Матвеевна. Женщина, всей душой любящая Обломова. Она так и не смогла стать барыней. По-женски, по-человечески мне ее очень жаль. По поводу Андрюшки наверно она поступила правильно, хотя сердце матери не принимает такое решение. Захар. Старость ни кого не щадит. А если ты слуга, то и двери для тебя везде закрыты, если нет на свете человека помнящего о тебе. Я очень рада, что, наконец, прочитала эту книгу. Произведения И.А. Гончарова не просты, но в тоже время являются шедеврами литературы.

Образ Обломова знаком, пожалуй, каждому русскому человеку, даже не читавшему этот роман. Это как, например, про Раскольникова говорят: "А, это тот, который старуху топором зарубил!", так и про Обломова тотчас вспоминают: "А, это тот, который на диване лежал!" Другими словами, Обломов - это один из фундаментальных образов русской литературы. В "Обломова" Гончаров вложил громадный социально-исторический смысл и тончайшие знания психологии. 12 лет труда над романом отпечатали в его строках и автобиографические черты самого автора, его опыт, многое увиденное и пережитое. Художественная сторона романа прекрасна - меткие и точные образы, живые человеческие характеры, восхитительный язык. Это роман о целом обществе, зараженном "обломовщиной", это роман о каждом отдельном зараженном ею человеке.

Я читала "Обломова" во второй раз. При перечитывании роман снова показался мне очень глубоким, увлекательным и в то же время невероятно скучным. И эта скучность - его неотъемлемая, естественная, важнейшая характеристика. Скука, доходящая до сонливости и слипания глаз, гипнотизирует, затягивает в себя, тщательно укутывает нас полами засаленного обломовского халата. Это погружение в болото обломовщины крайне необходимо, и без этой инертной, апатичной, как сам главный герой, атмосферы, роман и вполовину не производил бы такого мощного впечатления на читателя.

Роман "Обломов" - глубочайшее произведение, у которого под спудом скрыто так много мыслей, нюансов, граней и течений, что принимаясь за рецензию, я решительно не знаю, чем начать и чем закончить. Нет смысла говорить о неправильном образе жизни Обломова и ругать его. О том, что под лежачий камень вода не течет, о том, что человек сам кузнец своего счастья, что без труда не выловишь и рыбку из пруда и т.д. и т.п. Все это лежит на поверхности. И печальный конец Обломова более чем закономерен и предсказуем, хотя в определенных моментах повествования (начало отношений с Ольгой, например) читатель изо всех сил надеется, что вот-вот Обломов стряхнет с себя свой одурманивающий сон и взглянет на жизнь ясными, бодрыми глазами. Но надежда засыпает так же быстро, не успев до конца открыть глаза, и проваливается вместе с героем в трясину, из которой его уже ничто не вытащит. Да и что могло бы, если и любовь не смогла?

Дальше...

Но когда я читала роман, сколько раз хотелось мне воскликнуть: "Как же я вас понимаю, Илья Ильич!" Как же временами хочется, чтоб все в нашей жизни исполнялось по щучьему велению, по нашему хотению, пока мы лежим на печи! Как хочется просто жить! И в это жить входят все те идиллические мечтания Обломова о будущем и его сон, в котором мы знакомимся с его детством. И все эти мечтания не зря названы сном - жизнь, которую рисует себе Илья Ильич, нереальна. Такого просто не может быть. Жизнь реальная - она всегда "трогает", она срывает с нас теплое и безопасное одеяло, под которым мы хотели бы укрыться от всех монстров. Но эти монстры приходят все равно, например, в лице Тарантьева и Мухоярова, чтобы грабить и наживаться.

Что шокирует читателя буквально с первых строк - это возраст Обломова: "Это был человек лет тридцати двух-трех от роду, среднего роста, приятной наружности, с темно-серыми глазами, но с отсутствием всякой определенной идеи, всякой сосредоточенности в чертах лица". 33 года! Совсем молодой человек, полный и физического здоровья (слегка только вначале подпорченного праздным образом жизни), и умственно развитый. Он мыслитель. И, что самое главное, на чем делается не раз акцент, - у него чистая, хрустальная душа. И эта душа сохранилась у него до самого конца его падения. Не знаю, вкладывал ли сам Гончаров такой смысл, но невольно приходят в голову былины об Илье Муромце, до 33-х лет лежавшем на печи, или верования о славянском пророке Илье, который в 33 года был исцелен богом и наделён огромным могуществом. Этот, возможно надуманный уже читателями Гончарова, подтекст подтверждает, что у Обломова были все задатки, чтобы стать пусть не великим, но достойным и прекрасным членом общества. Но барство, веками переходившее от отца к сыну (недаром Гончаров назвал его Ильей Ильичем - намек на то, что он "достойный" сын своего родителя), так глубоко засело в нем, что не вытащить. А с ним рядом - Захар, своеобразный двойник Обломова, тоже пережиток барского общества с застывшим лакейским сознанием.

Но парадокс Обломова в том, что большинству читателей он глубоко симпатичен. Лично мне он был гораздо более симпатичен, чем Штольц. Возможно, даже потому, что его образ нам дается нам глазами самого Штольца, который был ему преданным другом и горячо его любил и видел в нем всё то хорошее, на что указал не только нам, но и в последствии полюбившей Оболмова Ольге. Обломов обладал действительно редкими чертами характера. Ему была свойственна простота души и искренность сердца, он не терпел фальши. В нем жил маленький ребенок, который сохранил чуткость к истинной красоте. Но этот же маленький ребенок, барчонок, который никогда сам не надевал чулки и оберегался от всяческого влияния жизни, и стал причиной его инфантильности, боязни жизни. И в последних названных качествах - инфантильность и боязнь жизни и ответственности - кроется актуальность данного романа для современных поколений, на мой взгляд.

"Обломов" - это конечно роман и о любви, об отношениях. Трагическая история отношений Обломова и Ольги ставит вопрос перед читателями - а было ли вообще возможно их совместное счастье? Конечно, возможно. Но не только, если бы Обломов пошевелился и написал бы вовремя все письма, которые обещал, и сходил во все инстанции. Но и в случае с Ольгой не все так просто. Как я уже говорила, только благодаря Штольцу Ольга увидела в Обломове его скрытый потенциал. Со свойством, присущим многим женщинам, она нарисовала себе в воображении образ человека, которым мог бы стать Обломов, и взяла на себя роль ангела-спасителя утопающего. Но, как известно, спасение утопающих дело рук самих утопающих. И Ольгу постигает разочарование. Нет ничего удивительного, что Ольга, женщина с живым умом и пытливой душой, увидела в конце концов в Штольце то, чего искала в Обломове. И нашла свое счастье не в роли спасительницы, а в роли равноправного партнера, жены-спутницы рядом с мужем-опорой. Только изредка испытывает она непонятное душевное томление, которое Штольц объясняет томлением высокого разума и духа. А мне видится в этом та самая обломовщина ("Подобный английскому сплину, Короче: русская хандра..."), которая осталась частью Ольги Ильинской - ведь не зря у нее такая говорящая фамилия.

В этом романе вообще все имена говорящие. Возьмем еще, к примеру, Пшеницыну. В ее имени слышится зажиточность, хлебосольность, сытость, которые в отношении Обломова перерастают в обжорство и кормление на убой. Союз Пшеницыной и Обломова стал губительным, в нем не было ничего даже отдаленно напоминающего любовь, только слепое поклонение барину с одной стороны и сытое счастье Обломова с другой иметь рядом человека, который удовлетворит все его потребности так, что внешняя жизнь его никогда больше не тронет.

Не могу не остановиться и на Штольце. Я упомянула, что этот персонаж мне не очень понравился. Казалось бы, с одной стороны, Штольц - идеальное сочетание немецкой педантичности и русского искреннего сердца. Воспитанный отцом-немцем в сбалансированных условиях свободы и строгости, ответственности и возможности принимать собственные решения, Андрей Штольц в то же время был осенен присутствием доброй русской женщины, своей матери, которая привила ему чувствительность, доброту и искренность души. Но с другой стороны, он показался мне несколько, что называется, мутным. Чем он занимается в плане профессии, читателю неизвестно. Он показан в первую очередь как светский человек, имеющий связи, знакомства, а через них и определенное влияние. Он много путешествует, не дает скучать ни своему уму, ни телу. Но о каком-либо труде нам тоже ничего не сказано. Мне не понравилось его объяснение с Ольгой - то как он в свою пользу истолковал письмо Обломова к Ольге, мол, вот я, та настоящая любовь, подготовкой к которой были отношения с Обломовым. И хотя он был счастлив с Ольгой, а она с ним, все же от этого момента веет нечестностью. Недаром и его имя говорит нам о гордости и высокомерии. Финал романа мне кажется несколько открытым. Сына Обломова берут на воспитание Ольга со Штольцем. И нам остается предполагать - каким вырастет Андрей Ильич Обломов (и снова, какое говорящее сочетание имен получилось!)? Что это будет за тип личности и явит ли он собой тот идеал, к которому должен стремиться русский человек?

Хочется разобрать данный роман, но не с точки зрения классического вопроса "Что хотел сказать автор?", это я оставлю литературоведам, а что конкретно увидела я, в этой книге.

Перед нами предстает главный персонаж - Илья Ильич Обломов. Автор рисует его апатичным, инфантильным, лишенным мотиваций и стремлений. И тут же, противопоставляет ему Штольца, друга Обломова - деятельного, любознательного, с силой духа. Казалось бы, что все понятно -книга призвана показать, что лень делает любого человека деградирующим. Но, на мой взгляд, все несколько иначе.

Перед нами, два ярко выраженных, психологических типажа - интроверт Обломов и экстраверт Штольц. Обломов, в силу воспитания, психологических установок, своего типа по Юнгу, просто не мог полюбить толпу и активное общение. Даже, когда он пытался выходить в свет, то нормальное общение у него получалось только с Ольгой Сергеевной Ильинской, с другими людьми коммуникация налаживалась с большим трудом или вовсе терпела фиаско.

Добавьте сюда то, что ранние установки, на построение модели общения, уже повернули Обломова в сторону подальше от шума толпы. Автор описывает его отца, как человека, который довольствовался небольшим доходом с имения, никогда не разбирался с управляющим, даже, если и видел, что тот подворовывает, он наслаждался сном, едой и не тратил свою нервную систему на решение важных вопросов. Стоит ли удивляться, что Обломов-младший, видя такой уклад жизни, пришел к выводу, что так и надо устраивать свою судьбу.

Илья Ильич, помимо расположения к интроверту, обладает ярко выраженным инфантилизмом. Грубо говоря, не смотря на свой возраст, уже за тридцать лет, он продолжает вести себя, как ребенок. Дети ведь любят только спать и есть, а еще у малышей есть няньки и гувернеры - именно, в роли таких покровителей выступают Штольц и Захар, старый слуга Обломовых. Илья Ильич же, он словно малое дитя, бывает наивен, в отношении своих друзей или просто обыденных дел, он капризничает, именно, что как ребенок - вспомнить, хотя бы, проблему его переезда, со старой квартиры.

Родители, пока были живы, брали на себя заботу о Илье, не смотря на любовь к дреме, Обломов-старший, все же, вынужден был принимать решения, которые касались его сына, невольно играл роль родителя-защитника. После его смерти все исчезло. Илья Ильич не был готов к тому, что люди вне его семьи совсем другие - грубые, лживые и лицемерные. При первой же крупной проблеме, он повел себя не как взрослый человек, который бы стал учиться на своих ошибках, а как дитя - убежал и спрятался. Первый раз это спасло его от выговора, по работе, поэтому, он и стал держаться данной стратегии, пусть и пожертвовал карьерой, но зато ведь его не будут ругать! То есть, мышления снова незрелого человека.

Но постепенно, данное сидение "в домике", просто перешло в затяжную депрессию. Обломов прекрасно понимал, что он в быту не приспособлен, что он создан не для карьеры чиновника, нет хватки, и никогда не станет таким же интересным, как Штольц. Мне кажется, что данное несовершенство своего поведения, его угнетало, поэтому убегал в мир иллюзорный, где был всеми любим, всем нужен, т.е просто спал.

Поэтому, его письмо к Ольге Сергеевне, я считаю единственным честным и мудрым решением, он правильно говорит - они не подходят друг к другу. Обломов понимает, что он такое и стремится к своему, обломовскому счастью, пусть оно и коробит его окружение.

И вот здесь, на мой взгляд, стоит посмотреть на сюжет, под тем углом, что понятия счастья и удавшийся жизни у всех разное. Обломов бы не смог существовать в таком мире, в котором пребывал его друг Штольц. Быть деятельным и всем нужным - это не доставило бы ему счастья, на самом деле, ведь его мечты и реальность сильно отличались, так как, повторюсь, Илья Ильич интроверт, ориентированный на свой внутренний мир. Поэтому, он и избирает то, что подходит именно ему, проживает свою, а не чужу жизнь, которую ему навязывает Штольц.

Была ли эта жизнь хороша? Для кого как. Для Обломова, безусловно, все было нормально, он получил семью, сытость и покой, а остальное - это побочный эффект, от "счастья". Для Штольца и остальных, такое лежание на диване, в халате, явная гибель духа и человека, потому, что у них совершенно иные установки.

Но каждому свое! Каждый сам выбирает себе тип жизни, по-обломовски или в стиле Штольца. Безусловно, что данную книгу стоит прочесть - легкий слог и ирония, позволят вам быстро проглотить пухлый том, а сама книга, может подтолкнуть читателя к рассуждениям о том, кто же все-таки Обломов - лодырь или просто непонятый интроверт!

По-разному тяжелы бывают тяжелые книги. Одни — тягучие, вязкие, как дурной сон, прорастающие в твоем уме зернами порока, сплетающие твой ум с собою, засасывающие тебя в бездну апатии — продираешься сквозь такие, как чрез терновник, и даже стряхнув с себя остатки этого морока, далеко не сразу можешь залечить ума своего макабрические стигматы. «Обломов» — книга не то что бы совершенно другого свойства, но все же, определенно, не такая по многим ключевым ощущениям.

В душу она не лезет, и цветами зла в ней прорасти не пытается, но лишь ухает в голове тяжелыми ударами гонга, причем не столько ударами даже, сколько свинцовым эхом безрадостных мыслей. Как капли в темя, древнекитайская пытка — ничто, в сущности, сами по себе, но в ритме и нескончаемости своей обретают они всю свою убийственную мощь. Кап-кап — такая мелочь, такая глупость, но вот ты и сам не замечаешь, как лежишь в пустыне своей обреченности, под гнетом дурных мыслей, как в верещагинском «Апофеозе войны», а вокруг, до самого горизонта — лишь безнадега, да голодное воронье.

Это большая и очень-очень грустная книга, но притом — правдивая и простая. Она не злит и не ввергает в ярость, она не довлеет над читателем и не заставляет его в бессилии кусать губы. Она как бы сама по себе, отдельно от созерцающего ее. И лишь уныние, апатия — та самая «обломовщина».

Это книга о жизни, о любви, надеждах и ожидании, попытках, терзаниях и душевных муках. Еще — о мечтах, и о том, что они не сбываются сами. В этом и заключается неприглядная, непрезентабельная правда — в том, что вокруг жизни не надо плести красивых кружев обнадеживающих слов. Слова мертвы, они не значат ничего. Никакие жизненные кредо, принципы или сентенции. Не важно, плевки ли это, вспышки ли — все они встречают пустоту, на периферии которой густым стоном растекается в пространстве сердцебиение гонга.

Пожалуй, я только начинаю в полной мере осознавать для себя, что вообще такое — классическая литература. Это произведение постепенно, очень медленно выкристаллизовывается в голове читателя, но, даже захлопнув ее, как могильную плиту, даже оставшись в одиночестве под этой грудой черепов, все еще до конца не понимаешь всего... Здесь есть еще что-то. История о любви, да. История о потере. Но еще что-то сверх того...

Зато тут нет смерти. Обломов не умер. И нет, вовсе не потому, что-де «не может умереть тот, кто не жил» — Обломов жил. Дышал и думал, чувствовал и страдал. Жил. Но не умер. Он просто стал жить как-то иначе. Обрел своего рода извращенное бессмертие для своего рода извращенной жизни.

Да, определенно, тут есть что-то еще. Перечитывать? Я не знаю: капли все еще падают.

9, великолепно.

Ну вот, я и познакомилась с один из нарицательных героев русской классики. Не могу сказать, что я осталась в огромном восторге, ибо, честно признаться, меня утомила длина повествования, но вместе с тем, я понимаю, что почему герой так много и долго размышлял о своих мечтаниях, своём прекрасном будущем в селе с супругой. С первых же страниц, пока автор нас знакомил с позицией Ильи Обломова и его многочисленными гостями, не покидало ощущение, что у нашего героя есть какое-то расстройство. Ну ведь не может же человек, вот так, просто из-за лени, ничего не делать, хотя, в защиту Обломова могу сказать, что он пытается решить проблемы, много о них думает но руки так и не доходят до писем и каких-либо действий. Автор противопоставляет герою его друга Штольца: деятельный, активный человек, который искренне переживает за Обломова и помогает ему с делами. Но и он, всё же не в силах исправить привычки Ильи. Да даже любовь, это сильное чувство, как бы способное на много, тоже бессильно перед нашим героем.

В целом, мне понравилась книга. О многом здесь можно подумать. Особенно про обломовщина, как явление, как расстройство. Но для меня автор сильно растянул произведение. Если бы, чуть поменьше было бы растягиваний описания чувств между героев, их мыслей, особенно главы со Штольцем и Ольга, то я бы с большим интересом читала эту историю. А так, в какие-то моменты я устала от одних и тех же дум и переходила на аудиоверсию. И всё же, меня не покидает ощущение, что главный героем имеет психическое расстройство: будь то депрессии или что-то похожее. Ведь Обломов, Добрый и доверчивый человек, как описывает его Штольц, надеющийся, что без его вмешательства, его же дела в Обломовке наладятся и тогда Илья сможет жить тем будущем, о котором он грезит с Ольгой. Но.. Обломовщина.

"Обломова" я перечитала впервые после школы, спустя более 20 лет. и влюбилась в автора

только сейчас я поняла весь масштаб таланта Гончарова! его способность на столько живо и реалистично описывать героев и события, что начинаешь верить в то, что все это происходило в реальной жизни с реальными людьми

при первом прочтении я не прониклась ни сюжетом, ни персонажами. мне было скучно и не интересно. как же я ошибалась тогда! "Обломов" великолепен! и способен заменить любую "мотивационную книжку". мне удалось посмотреть на свою жизнь глазами и Обломова, и Штольца, и, конечно же, Ольги - главных действующих лиц

я осталась в восторге и от описаний Гончарова. природа, чувства, внешность - любая грань жизни, за какую бы ни взялся автор, живет, она реальна и осязаема. и только поняв это я осознала тот факт, что читая в юности я буквально сама засыпала на моментах описания "сонного", меланхоличного состояния Обломова. это гениально!

однозначно буду перечитывать книгу еще не один раз. вот так из "лузера", к которому я боялась полступиться много лет из-за юношеского впечатления, книга с первых страниц вошла в список Лучштх и Любимых. а еще она заставила меня плакать...

Зима. Конец каникул. Ты резко осознаёшь, что из списка для чтения ты не прочёл "Обломова" (Уэллс со своим "Войнами миров" совсем отвлёк меня). Находишь эту книгу в библиотеке бабушки, видишь объём, и приходит такое отчаянное чувство, потому что не знаешь, сможешь ли ты это вообще прочесть за три дня. Как оказалось, это возможно, потому что книга на самом деле очень интересная.

Теперь о впечатлениях. Сначала это тягучее-тягучее начало, повествование в котором вообще никуда не торопится (ну как сам Обломов, ей-богу). Вот уже ползёт и сон Илюшеньки, и ты плавно втягиваешься, так что весь роман у меня полетел. С самого начала мне было очень забавно наблюдать за этим пухлым флегматиком, посмеивался над его вечным "За-ха-а-р", с интересом смотрел его включение в жизнь, любовь с Ольгой, но вот потом... смех пропадает вообще, когда понимаешь к чему приводят его действия, его выборы. Тебе становится до одури ужасно, что ты точно так же можешь прое**ть (ну извините, по экспрессии это самое подходящее слово) свою собственную жизнь, сдохнуть полностью никем на диванчике в дырявом халатике, объедаясь как свинья. Страшное это слово - обломовщина.

Предисловие: До сих пор теряюсь в догадках, почему эту книгу вдруг убрали у нас со школьной программы по русской литературе. Ведь история Ильи Ильча очень поучительна и современным школьникам было бы очень полезно подумать над вопросом, как не докатиться до подобной "обломовщины". Хотя, не уверена, что смогла бы тогда заметить, что помимо глубокой морали "Обломов" еще и эстетически прекрасное и этнически колоритное произведение, красотой слога и исполнения которого, трудно не восхититься.

   Удивительно динамичный роман о таком безвольном человеке, любящим насиженное место, как Илья Ильич. По сравнению с Обломовым, жизнь окружающих персонажей буквально кипит событиями. Сам же Обломов, как тепличный цветочек с детства бережно опекаемый мамкой, папкой, нянькой при возрасте 30 лет оказался совершенно неподготовленным к жизни. И ему абсолютно естественно желать такой жизни, которую он создал у себя в квартире - заброшенность и полная запущенность. Однако благодаря этим условиям жизни Илья Ильич сохранил одно замечательное качество, которым мог похвастаться не каждый персонаж книги - это, как верно заметил Штольц, "глубокое, как колодец, сердце". Ведь Илья Ильич действительно наивен и добродушен, как ребенок, и этот дар могут оценить только его преданные друзья.

   Выглядит так, будто невозможно выбраться из этой обломовщины, если сам не пожелаешь. Друзья, нужда, все бессильно повлиять на запустившего свою душу... Обломов вроде и захотел разом изменить все, однако характера не хватило, который также нуждается в закреплении жизненным опытом.    Хоть мы и видим, что последние годы Обломова были не такие уж радостные и все же, он был по своему счастлив. Все-таки Агафья Матвеевна с рвением маменьки старалась для барина, чтоб тот жил не нуждаясь (ведь и нужды то у Ильи Ильича были всего-то покушать вкусно и полежать в чистом-комфортном), а еще Андрюша, радость и надежда... "Бедный Обломов!" Но каждый выбирает по себе.