Я не буду писать какая замечательная это книга (хотя она замечательная), я не буду писать о сюжете, о нем уже много сказано (предательство - еще раз предательство - муки совести - искупление), пусть не оригинально, но написано с душой. Я хочу написать о том, что мне мешало полностью погрузиться в эту историю. А именно, то что Халед Хоссейни - американский подхалим. А теперь будет многобукав обоснования моей точки зрения. Я не буду вступать в комментариях в полемику, в этом нет смысла. Каждый имеет право на свое мнение.
Место действия - Афганистан 1975-2001 год. В книге отношение к русским, мягко говоря, отрицательное. Позиция такова, что именно Россия сломала их жизнь и разрушила Афган. Налетчики мы и захватчики.
Начнем с того, что Афганистан разрушило их собственное правительство, что продолжает делать и по сей день. Началось все с кровопролитной гражданской войны, во время которой Россия оказывала поддержку одной из сторон (демократической партии), что, соответственно, очень не нравилось сторонникам монархии. Главный герой и его отец оказались именно по ту сторону баррикад. Но давайте тогда будем откровенны и не будем валить все на русских. После вывода советских войск из Афганистана мира не наступило, талибы устроили настоящую мясорубку, а это Ваши, Халед, соотечественники. Кто же страшнее - наемник против врага, или брат против брата?
Пройдемся по цитатам.
Шурави (советский солдат) - да сгорят они в аду, за все, что сделали с нашей родиной, - перебили столько наших молодых парней.
Талибы годами творили жуткие зверства - массовые убийства, пытки, насиловали детей своего народа, кровь лилась рекой - но их почему-то никто не проклинает.
В разгар веселья Бабаподнялся с места, и проливая пиво на посыпанный опилками пол, гаркнул:
Собутыльники, смеясь, громко повторили его слова. Растроганный Баба заказал по кувшину пива каждому.
Обругать Россию - это ведь сейчас так модно, правда? Всегда и во всем виноват "русский медведь"!
В фильме бравый возглас-тост FUCK TО RUSSIA переводчик тактично замочал.
Эти руси - они не такие, как мы. Они не понимают, что такое честь и достоинство.
Хм... забавно слышать, особенно после чтения красочных сцен о том, как "с этих склонов моджахеды целых четыре года засыпали Кабул реактивными снарядами".
Или вот. Это футбольный матч. Напомню, что все происходит не в средневековье, а в 2001 году.
В семидесятые, когда Баба таскал меня сюда на футбольные матчи, газон был ровный и зеленый. Теперь внизу лежал голый кочковатый выгон, на котором не было ни травинки. За южными воротами виднелись две глубокие ямы. Когда команды наконец вышли на поле – все футболисты в длинных штанах, несмотря на жару, – мяч просто исчез в столбах пыли. Молодые талибы с хлыстами в руках прохаживались по рядам. Громко закричал – получи.
Они появились в перерыве между таймами, сразу после свистка. На стадион вкатились два хорошо мне знакомых красных пикапа, в кузове одного сидела женщина в зеленой бурке, в другой машине – мужчина с завязанными глазами.
Зрители встали. Машины медленно объехали вокруг поля, чтобы всем было видно.
Кадык у Фарида так и прыгал.
Сверкая хромом, машины направились к южным футбольным воротам. Там их поджидал третий автомобиль, который уже начали разгружать. Только тут я понял, зачем нужны ямы.
Толпа одобрительно загудела.
– Хочешь остаться? – мрачно глянул на меня Фарид.
– Нет, – ответил я. (Закрыть глаза, зажать уши и бежать отсюда!) – Только нам придется досидеть до конца.
Двое талибов с автоматами за плечами помогли выбраться из машины мужчине с завязанными глазами, двое других занялись женщиной. Колени у бедняжки подогнулись, и она осела на землю. Женщину подняли, но ее уже не держали ноги. Вновь оказавшись на земле, она забилась и душераздирающе закричала. До гробовой доски буду я помнить этот вопль – так кричит попавший в капкан зверь. Совместными усилиями приговоренную отволокли в яму, теперь были видны только ее голова и плечи. Мужчина, напротив, не сопротивлялся и сошел в яму молча.
У места казни появился круглолицый белобородый мулла, одетый в серое, и откашлялся в микрофон. Женщина в яме кричала не умолкая. Мулла прочел длинную молитву из Корана, его гнусавый голос плыл над притихшим стадионом.
Много лет тому назад Баба сказал мне: «Эти самодовольные обезьяны достойны лишь плевка в бороду. Они способны только теребить четки и Цитировать книгу, языка которой они даже не понимают. Не приведи Господь, если они когда-нибудь дорвутся до власти в Афганистане».
Закончив молитву, мулла опять покашлял и возгласил:
– Братья и сестры! (Теперь он говорил на фарси.) Нам сегодня предстоит исполнить предписания шариата. Сегодня свершится правосудие. Воля Аллаха и его пророка Мохаммеда, да будет благословенно его имя во веки веков, жива в Афганистане, на нашей обожаемой родине. Мы покорно исполняем волю Господа, ибо кто мы есть перед лицом его? Жалкие, беспомощные создания. А что нам говорит Господь? Спрашиваю вас, ЧТО НАМ ГОВОРИТ ГОСПОДЬ? Аллах говорит: «Да воздастся им по грехам их». Это не мои слова и не моих братьев. Это слова ГОСПОДА! – Он указал на небо.
Голова у меня раскалывалась, я изнывал от жары.
– Каждому грешнику да воздастся по грехам его, – повторил мулла драматическим шепотом. – Так какое наказание, братья и сестры, воспоследует прелюбодею? Как мы покараем того, кто надругался над священными узами брака? Как мы поступим с теми, кто оскорбил Господа – швырнул камень в окно дома Божия? Мы ответим им тем же – ЗАБРОСАЕМ КАМНЯМИ!
Тихий ропот прокатился по толпе.
– И они называют себя мусульманами, – покачал головой Фарид.
Из машины вышел высокий широкоплечий человек в ослепительно белом одеянии, развевающемся на ветру. Трибуны нестройно приветствовали его. Никакого наказания за неприлично громкие выкрики на этот раз не последовало. Высокий раскинул руки, словно Иисус на кресте, и медленно повернулся вокруг своей оси, здороваясь с публикой. На нем были круглые черные очки типа тех, что носил Джон Леннон.
– Похоже, это наш, – одними губами сказал Фарид.
Высокий талиб в черных очках взял из кучи, выросшей возле третьей машины, камень и показал толпе. Крики сменились каким-то жужжащим звуком. Я посмотрел на соседей. Оказалось, все цокают языками. Талиб, удивительно похожий сейчас (как ни дико это прозвучит) на подающего в бейсболе, размахнулся и метнул камень в мужчину с завязанными глазами, угодив точно в голову. Стадион охнул. Женщина в яме опять закричала.
Я закрыл лицо руками. Стадион размеренно ахал. Через какое-то время все стихло.
– Кончено? – спросил я у Фарида.
– Нет еще, – ответил он сквозь зубы.
– А почему все молчат?
– Устали, наверное.
Не знаю, сколько еще длилась экзекуция. Вдруг вокруг меня градом посыпались вопросы:
– Убили? Не шевелится? Казнь совершилась?
Я отнял руки. Человек в яме был одна сплошная кровоточащая рана. Изувеченная голова свесилась на грудь. Талиб в очках перекладывал камень из руки в руку. У ямы появился человек со стетоскопом, присел на корточки, приставил трубку к груди казнимого и покачал головой. По толпе пронесся стон.
Талиб в очках опять размахнулся.
Когда все было кончено и окровавленные тела небрежно забросили в две машины, люди с лопатами торопливо забросали ямы песком. На поле выбежали футболисты. Начался второй тайм.
Вы звери господа, господа, вы зверьё (с) Ундервуд
Честь и достоинство так и прёт!
В быту эти понятия тоже странные. Достойному, по их мнению, человеку совершенно не стыдно жить за счет труда жены и дочери, так как высокую должность в Америке ему никто не предлагает, а другая нам не нужна.
НО! ни слова плохого про Америку, которая долбит их после 11 сентября 2001 года вот уже несколько лет. Она у него вся такая уняняшная. Может быть потому, что автор сам там живет? Чем-то это попахивает. Подхалимаж? Приспособленчество? Конъюнктура?
Цитирую.
Ты стал совсем американец. Это хорошо, ведь именно оптимизм сделал Америку великой.
Среди государств есть только три настоящих мужика: Америка, Британия и Израиль. Все прочие - всего лишь старые сплетницы.
Вы, Халед Хоссейни, рассказываете только удобную для себя правду. Похоже Вы такой же малодушный, как и Ваш герой.
Почитала отзывы на разных сайтах, так там каждый второй пишет, что это лучшая книга, которую он прочел в своей жизни. Люди, вы серьезно? 
474 понравилось
