Ночная Стража

дети революции всегда сталкиваются со старой, как мир, проблемой: сменив правительство, они обнаруживают, что менять надо было не только правительство (это-то само собой), но и народ.

Ещё мальчишкой он читал книги о великих военных кампаниях и с патриотической гордостью смотрел на картины знаменитых кавалерийских сражений и славных побед. Когда же он сам стал участвовать в них, его почти шокировало, что художники не уделяли никакого внимания кишкам. Может, это у них не слишком хорошо получалось

Это был верный расчет. Закрытая дверь провоцирует набраться храбрости и выбить ее. А человек, который прихлебывает из кружки, сидя под фонарем и наслаждаясь ночной прохладой, провоцирует немного притормозить и задуматься.

С возрастом понимаешь, что ты-нынешний и ты-молодой - два совершенно разных человека. Тогда ты был простодушным идиотом. Ты был тем, кем и должен был быть, чтобы совершить восхождение по тернистой тропе к себе - нынешнему. И простодушный идиотизм - один из участков этой тропы.

- Мадам, могу я поинтересоваться, как вы это узнали?
- Где-то услышала, - небрежно ответила женщина. - Иногда достаточно поднести деньги к уху.

Одним из первых полезных уроков, усвоенных Ваймсом в этом бою, было: никогда не стоит недооценивать природную мстительность бабулек.

Мычание взяло старт с самой низкой ноты. Это был тот самый утробный, постепенно повышающийся звук, который разносился по древней тундре, сообщая первобытному человеку, что приближается обед или, быть может, смерть. Неважно, что именно, главное — оно охренеть какое злое.

Тетушки никогда не бегали. Они славились тем, что никогда не бегают. Они настигают тебя медленно, но неотвратимо. Любой, кого они называли «скверным мальчишкой», спал крайне плохо, узнав, что Тетушки идут по его следу и медленно приближаются, останавливаясь только для того, чтобы выпить чайку со сливками и вареньем или посетить какую-нибудь интересную барахолку.

...время в библиотеках… в некотором роде более гибкое, чем обычно...

— Люди меняются, Шнобби. Странно так меняются, — сказал он, рассеянно перебирая скопившиеся за ночь документы. — Это чисто стражническое. И со мной так было, когда появились дети. Ты матереешь.

— Начинаешь больше материться? — уточнил капрал Шноббс...

Загорло начал свою службу иначе. Не стал присматриваться, наблюдать и учиться, чтобы потом сказать: «Ага, значит, вот люди какие, ну и как нам с ними быть?» Нет, он сел и решил: «Итак, люди должны быть вот такими, ну и как нам их изменить?» Мысль, достаточно разумная для священнослужителя, но отнюдь не для стражника.

Ваша же задача заключается в том, чтобы подавить желание столкнуть их тупые головы вместе, не замечать их оскорбительные оправдания, заставить их прекратить кричать и убраться с улицы. И если вам удавалось этого добиться, то ваша работа была сделана. Вы не были каким-то богом, который всем раздавал истинную справедливость. Вашей работой было просто вернуть мир.

«Мир стремится к равновесию, понимаете. Продажный человек в хорошем мире, или хороший — в продажном… решение получается одинаковым. В мире не любят тех, кто не принимает определенную сторону.»

Отрывок из книги: Пратчетт, Терри. «Ночная стража.»

Значок крайне важен. Да. Недаром он сделан в форме щита. Он защищает. Ваймс часто размышлял об этом длинными темными ночами. Значок защищал от зверя, притаившегося в темноте его разума.

Не надейся на революции. Они происходят вечно. Потому их и называют революциями. Люди гибнут, но ничего не меняется.

Крупные слезы бурным потоком хлынули по его щекам, смывая копоть и гарь и обнажая нижние грязевые слои.
Майор запаниковал. Он понятия не имел, как себя вести в подобных обстоятельствах. Казалось, слезы хлещут буквально из каждого отверстия на лице мальчишки. Тогда майор решил обратиться за помощью к Габитассу.

• Рядовой, ты, кажется, человек семейный. Что тут можно сделать?
• Я могу треснуть его по уху, сэр, - предложил рядовой Габитасс.