Лилия и лев

Шестой роман М Дрюона "Проклятые короли". Здесь Роберт Артуа отчаянно пытается отстоять и получить свое графство Артуа. Это смысл его жизни, всю свою жизнь он борется за право быть пэром и владеть графством. Но его методы слишком жестоки, он идёт по трупам, не жалея никого, стелется перед вышестоящими людьми, порой меняет свое влияние то к одним, то к другим, как ему было выгодно.
Здесь впервые Эдуард III посягнул на французский престол, как главный и законный претендент на трон после смерти трех братьев его матери Изабеллы Английской. Это закончится плачевно для двух стран.

28/30 Книга про королевских особ

Один женится, другой умирает, регенты, тяжбы, интриги и предательства, а виновато во всем проклятие и страдает, как обычно, простой народ.
История правления Филипа VI из рода Валуа во Франции и Эдуарда III в Англии, пронизанная борьбой Роберта III Артуа за графство Артуа, которое привело к войне между Англией и Францией.

"Лилия и лев" — 6-я книга Мориса Дрюона из серии "Проклятые короли". В школе читала эту серию, а перечитать эту часть решила под впечатлением от поездки в Питер, где много говорили про львов, лилии, гербы.

Свадьба, конечно, была великолепная. Я всё-таки рада, что принц и Филиппа поженились по любви, и что все у них было относительно хорошо. Эдуарда я не поняла, у автора сквозило то, что Эдуард - кошмарная и масштабная личность, но в сюжете, особенно поначалу, как-то не впечатляет. Хотя вызывает уважение его некоторая разумность. Ну и видны зачатки королевскости. Слегка.

Мортимер сам нарвался, явно. Красиво вышло, что закончил он там же, где и начал. Красиво, но страшно. От судьбы не убежишь.

Но Изабелла при этом чем дальше, тем больше вызывает фэйспалмов. Ну как так то?!?!?!
Эк ее угораздило вляпаться в эти отношения? И всё-таки, всё-таки царствующие особы должны жить по особым правилам, а не вот это вот всё, любовь-морковь, дурдом.

Эпичный слив ветки Гуччо и Мари, и эпичный поворот в характере Гуччо, впрочем, кажущийся очень даже жизненным. Безумно жалко, что он не добился, а она посчитала клятвы каким-то левым людям важнее доверия к возлюбленному. Хотя кто знает, что было бы, окажись всё иначе.

Всех настигает проклятие тамплиера. Эпилог про Иоана Посмертного был нужен, потому что это было интересно, судьба того малыша, но история вышла какая-то глупая, бессмысленная. Может, стоило запихать ее куда-нибудь ещё.

Нет, ну почему автор всем героям так описал смерть, что даже самого гадского гада начинаешь жалеть, а с Робером чувство нелепости просто зашкаливало. Хотя он сам допрыгался, и такой конец подходил ему больше всего. Разжечь одну из самых знаменитых войн в истории и умереть, не увидев последствий. Однако, кто знает, чего бы он начудил, и куда повернулась бы машина истории, останься он жив.

Толомеи - сердечко.

История подошла к концу, Седьмая часть уже совсем чужая в этой эпопее. И хотя я плавно передвигаюсь в ту сторону, все же именно здесь место прощания с историей, героями, с которыми не просто читаешь, но живёшь, интригуешь, страдаешь, любишь, боишься, злишься - весь спектр эмоций, эффект 100500д полное погружение.
Трудно прощаться, славно повеселились, буду скучать, и возможно, чуть лучше понимать мир. А может и не лучше.

Но было круто!

Мне эта книга понравилась чуть меньше, чем иные произведения этой серии, ибо она слишком перегружена. 

СПОЙЛЕР! 

Смерть Робера, конечно, тронула, но очень бы хотелось, чтоб он пострадал побольше. Всё-таки он навсегда останется гадом в моей душе, который не заслужил такого легкого выхода из игры. 

Истинно я порадовался уходу Мортимера, который должен был погибнуть. Он достойно заплатил за убийство короля. 

А Маго я бы оставил до конца)) Именно в ней таился пряник всей серии... 

Натянутая четверочка, но прочтения стоит. 

Карл IV, как и его старший брат – Людовик X, не был рожден великим государем. Не имея рядом больше ни племянника Филиппа, ни младшего брата Людовика, одним словом – никого, кто мог бы ему помешать, Карл Валуа с удовольствием взял на себя бремя власти и, можно сказать, управлялся неплохо. Ровно до своей смерти. После настал черед уже самого Карла Красивого – говорили, что под проклятием, он и так зажился, перешагнул возраст Христа (ему было 34 на момент смерти). После себя Карл не оставил ни одного наследника мужского пола, а по Салическому закону, введенному его братом Филиппом V Длинным себе на погибель, женский пол на французский престол прав иметь теперь не мог.

Это и послужило поводом для Эдуарда III – английского монарха и внука Железного короля, предъявить свои претензии на трон Франции вместе с сыном покойного Карла Валуа – Филиппом Валуа. Филипп стал Филиппом VI, основоположником королевской династии Валуа – средней ветви Капетингов.

Так началась Столетняя война.