Космонавт из Богемии

Замолчали политики, застыли в воздухе бокалы, только что наполненные шампанским Bohemia Sekt. На мгновение мне показалось, что все забыли о моем существовании.

На месте кондитерской, где отец когда-то покупал раквички, пирожные с начинкой из тирамису и взбитыми сливками с шоколадной крошкой сверху, теперь «Кентукки фрайедчикен», и я представляю сочную ножку, которую можно окунуть в картофельное пюре и соус, но у меня нет права что-либо просить. Я носитель проклятья, к тому же у нас нет денег на западный фастфуд.

Мне так хочется ей признаться. Я сказал бы, как хочу, чтобы отец вернулся и наказал врагов за меня. Я хочу сказать бабушке, что боюсь. А вместо этого ем сардельки с горчицей, наблюдая за французами на экране – их губы шевелятся, не совпадая с чешскими словами, которые они произносят.

Высокотехнологичные частички космоса, содержащие водород, магний, кремний, железо, углерод, карбид кремния, часто в смеси с пылью астероидов и комет, а они всегда внушают надежду, ведь кометы – переносчики мусора во Вселенной, бродяги, веками неустанно толкающие перед собой свои тележки с межгалактическим барахлом.

Малый бизнес расширяется, коммунисты давно изгнаны, и мы свободны жить как хотим. Свободны путешествовать и целоваться, свободны хранить молчание, пока кабина подъемника падает все ниже и ниже, пока мы не станем вольны умереть.

Мысли о смерти появлялись, только когда я засыпал. Они подбирались ко мне легким холодком под ногтями и исчезали, когда меня покидало сознание.

Никогда не смейтесь вслух над собственными шутками, – советовал доктор Куржак. – Это верный признак умственной деградации.

Меня зовут Якуб Прохазка. Очень распространенное имя.

Человек свободен, бросает он им в ответ. Свободен ходить под Богом.

Каждый из этих людей, принявших решение надеть башмаки, взять плакат и пройти по старым камням, вместо того чтобы смотреть телевизор, совершал одиночный акт революции, становился частичкой Большого взрыва.