Цитаты из книги خطای ستارگان بخت ما

Когда Антониетта Мео лежала, умирая в цветущем возрасте шести лет от этого мучительного рака, она сказала своему отцу: «Боль как ткань: чем она сильнее, тем больше ценится». Хейзел, это правда?

Уж ты-то лучше других знаешь, что можно жить и с болью.

" Я говорила себе,что могло быть и хуже, мир- не фабрика по исполнению желаний, я живу с раком, а не умираю от него и не имею сдаваться без боя..."

Хейзел Грейс

Я хочу сократить количество смертей, за которые я ответственна.

— Я совсем не необычная. — Это мы сразу отсекаем.

где есть надежда-там и есть жизнь. (с)виноваты звезды

-Может "хорошо"это будет нашим "всегда"? -хорошо (с)виноваты звезды

Ты дал мне вечность за считанные дни.Спасибо тебе (с)Виноваты звезды

Пинг-понговый шарик в основании горла у меня за твердел.

- Я уже давно решил не отказывать себе в мелких радостях бытия. В частности потому, как ты справедливо подметила, что все мы скоро умрём.

И, как я сказал Джиннам: "Я путешествую стильно или вовсе не путешествую."

Пытайся сохранить счастье внутри себя. Думай о красоте во всем, что окружает тебя. И будь счастлива.

Ты слышишь? Я знаю что когда-нибудь Солнце поглотит Землю, но я влюблен в тебя.. Извини..

Знаешь, иногда люди не понимают, что обещают, обещая.

— Мам, чтобы быть подростком, не надо ходить в эту группу. Сделай мне фальшивые документы, чтобы я ходила по клубам, дурь принимала, веселилась. — Дурь не принимают. — Будь у меня фальшивые документы, я бы это знала.

- Гас, я словно граната. Однажды я взорвусь и уничтожу всё в непосредственной близости. Не знаю, мне кажется, я обязана минимизировать ущерб.

• Граната... Вот потому-то у меня нет хомячка.

Это - твоя жизнь. У тебя есть только она. У тебя есть я, семья, и этот мир - и всё. Если тебе этого мало - извини. Но это больше, чем ничто.

В этом мире мы не можем выбирать будет на больно или нет,но мы можем выбрать того кто причинит нам эту боль.Я своим выбором доволен,надеюсь она тоже,хорошо Хейзел Грейс? -Хорошо

Придёт день, когда все мы будем мертвы. Сейчас люди живы, потом их не станет. Может, он наступит завтра, а может, спустя миллион лет. А когда он придёт, никто не вспомнит ни Клеопатру, ни Мохаммеда Али, ни Моцарта, а уж тем более никого из нас. Забвение неизбежно.