Что отличает человека от обезьяны? Меньше, чем многим бы хотелось. И уж точно не только люди умеют бороться за власть. В 1970-х годах тогда еще молодой ученый Франс де Валь исследовал одну из крупнейших в мире колоний шимпанзе, живущих под открытым небом в зоопарке Арнема в Нидерландах. И выяснил, что обезьяны способны вести себя так, словно читали Макиавелли!
Первое издание книги было хорошо встречено не только за ее научные достижения, но также за глубокое понимание самых базовых человеческих ...
Я уже читала про анатомию приматов в книге Дробышевского, теперь настало время психологии с этологией. Автор в течение многих лет изучал жизнь и внутренние процессы колонии шимпанзе, живущих в довольно обширном вольере в Голландии. А после и описал их с разбором ситуаций.
Читать было интересно, но мне так жалко было смещенных альф, что выше оценить не получилось.
Автор - ученый, а потому подходит к изучению интересующей темы основательно. Он рассказывает о знаниях о мышлении приматов начала его карьеры, о том, как само развитие науки словно привело его к направлению в исследованиях. Далее он подробно описывает группу обезьян, за которыми наблюдал, и условия их жизни.
Потом приходит время описания конфликтов, а за ними очень важных примирений. Описания сопровождает множество фотографий, которые я смотрела с большим интересом.
Книга состоит из пяти глав между введение и заключением: Личные черты (описание основных действующих лиц), Два переворота (вожак и его смещение, коалиция и снова смещение), Неспокойная стабильность (тройственный союз), Сексуальные привилегии (задумываешься о различии в поведении с людьми) и Социальные механизмы (задумываешься о сходстве в поведении с людьми).
Не отношу себя к любителям рассказов о животных и документальные исследования о «братьях наших меньших» никогда не входили в сферу моих интересов, но, наткнувшись на данную книгу с завлекательным названием «Политика у шимпанзе», решила узнать, а что же общего у обезьян и людей в плане взаимоотношений в социальных группах.
Когда Аристотель назвал человека политическим животным, он, возможно, не догадывался, насколько близко подошел к истине. Наша политическая деятельность представляется частью эволюционного наследия, которое мы разделяем с нашими ближайшими родственниками. Если бы кто-то сказал мне это до того, как я начал работать в Арнеме, я отверг бы эту идею, посчитав ее слишком узкой аналогией. Но работа в Арнеме научила меня тому, что корни политики старше самого человечества.
Книга оказалась не совсем про это, автор почти не проводит явных параллелей с человеческими отношениями, но зато весьма увлекательно повествует о привычках шимпанзе, о наблюдениях ученых за своими «подопытными», а также рассказывает об устройстве вольера с шимпанзе в зоопарке Бургерса в городе Арнем, Нидерланды. Писатель спорит с принятой в 1970-х годах бихевористкой догмой, из-за которой его коллеги сторонились любых предположений об эмоциях и намерениях животных, боясь обвинений в антропоморфизме.
Используя обезьян, чтобы посмеяться над людьми, мы на самом деле говорим, что обезьян не стоит принимать всерьез, тогда как я пытаюсь подвести к прямо противоположной идее. Мне больше интересен другой аспект, а именно: поведение наших ближайших родственников указывает нам на важные составляющие человеческой природы. Даже если не брать политические маневры, шимпанзе демонстрируют множество форм поведения, близких поведению человека, начиная с технологий создания различных орудий и заканчивая войной между разными сообществами. В действительности наше место среди приматов все больше определяется на фоне таких существенных сходств.
Также я не провожу явных параллелей между тем, как соперничающие шимпанзе пытаются снискать расположение самок, занимаясь грумингом и щекоча их потомство, и тем, как политики-люди поднимают и целуют детей, что они, как правило, делают только во время избирательных кампаний.
Следует также помнить о том, что в те времена едва ли можно было соединить в одном предложении слова «животные» и «когнитивные процессы», не вызвав при этом удивленных взглядов. Большинство моих коллег сторонились любых предположений о наличии намерений или эмоций у животных, опасаясь обвинений в антропоморфизме.
Не то чтобы все они отказывали животным в праве на внутреннюю жизнь, но они придерживались бихевиористской догмы, утверждавшей, что, поскольку нам неизвестно, что думают и чувствуют животные, нет смысла об этом говорить.
Содержит спойлеры
Из данного произведения можно узнать, как шимпанзе устраивают коалиции, как объединяются, чтобы сместить лидера группы, наказать обидчика или поддержать друга. Интересно было прочесть, как происходит примирение после ссор, какие коммуникационные сигналы используют эти животные, а так же о брачных играх и заботе о потомстве.
Шимпанзе стремятся к социальной взаимности; поэтому Никки и Лёйт были в равной мере готовы остановить свои вмешательства, выгодные Йеруну, в обмен на нейтралитет друг друга. Результат такого бессловесного процесса неотличим от процесса переговоров.
Самка вольна выбирать, заниматься сексом или нет. Иногда самцы пытаются заставить их агрессией, а в Арнеме мы однажды наблюдали совокупление, к которому самку принудили силой, однако в обычном случае, если самка не хочет совокупляться, этим все сказано.
Во время подросткового периода самкам проще, чем самцам. Им не нужно силой прокладывать себе путь во взрослую жизнь, и к ним относятся гораздо более снисходительно, чем к молодым самцам. Не только Амбер, но и трех остальных девиц крайне привлекают детеныши других самок. Связь с более старыми самками выстраивается достаточно мягко – благодаря общему интересу к самым молодым шимпанзе. Так, техника ухода за потомством передается от взрослых к более молодым самкам.
В целом существует вполне определенная связь между рангом самца и его частотой спаривания, хотя она и является не строгим законом, а скорее правилом, из которого могут быть исключения. Дело не в том, что самцы с более высоким рангом мужественнее, а в том, что они невероятно нетерпимы к соперникам с более низким рангом – они отгоняют их от самок в течке.
Самцы сосредоточены на сексе и власти. Их стремление к власти проистекает из того, что иерархия самцов определяет сексуальные приоритеты. Если стремление получить более высокий ранг приводит к большему количеству потомства у данного самца, у него родится больше сыновей с той же самой склонностью. Эта теория, объясняющая происхождение мужских амбиций, проста, логична, а потому привлекательна.
Например, сам акт деторождения – это только полдела; после того как детеныши родились, их надо защищать. У доминирующих самцов более подходящее положение для защиты матери и ее детеныша. Не совсем легко сказать, что это – альтернатива старой теории или ее расширение, но ниже приводится несколько примеров отношения самцов колонии Арнема к маленьким детенышам.
Эти примеры иллюстрируют то, что самцы придают безопасности маленьких детенышей огромное значение. Эта установка на защиту больше выражена у двух более старых самцов, чем у двух более молодых. И это может опять же объясняться тем, что у старых самцов больше потомства.
Содержит спойлеры
Франс де Валь расскажет нам о том, как с юного возраста обезьянки учатся делиться едой (той, что является «дополнительной», вопрос о голоде и битве за еду ради выживания не рассматривается), как сотрудничают, чтобы добиться желаемого, как утешают друг друга и как выступают арбитрами в ссорах. Из книги можно получить представление об уважении к старости и терпимости к выходкам молодняка, о том, какие есть у лидера привилегии и какие «обязанности» .
Когда шимпанзе напуганы или подавлены, они обнажают зубы намного больше, чем тогда, когда у них так называемое игровое лицо. Обычному зрителю широкий оскал напоминает счастливую усмешку, но вы можете быть уверены в том, что такому шимпанзе нечему радоваться. Такую усмешку можно увидеть у младенца шимпанзе, которого на мгновение оставила мать, или у более взрослых обезьян, которые вступают в конфликт с более высокими по рангу членами своей группы (и которые сами редко показывают свои зубы).
Такой крик, который может быть назван формой протеста, соединенного с испугом, часто меняется на повизгивание, более тихий звук, который звучит как обиженный плач. Шимпанзе также общаются при помощи лая, хрюканья, скуления и уханья.
Жест с вытянутой рукой и открытой ладонью мы называем «протягиванием руки». Это самый распространенный жест в колонии. Его значение, как и значение многих других сигналов шимпанзе, зависит от контекста, в котором он используется. Обезьяны применяют его, чтобы попросить еду, получить телесный контакт или даже поддержку в драке. Когда две обезьяны агрессивно сталкиваются друг с другом, одна из них может протянуть руку к третьей обезьяне. Этот приглашающий жест играет важную роль в формировании агрессивных союзов, или коалиций, – главного политического инструмента.
Возбужденный или испуганный шимпанзе, очевидно, нуждается в срочном физическом контакте с другими. Видимо, это единственное, что может быстро успокоить. Потребность в утешении в случае агрессии приобретает такие пропорции, что противники часто словно бы забывают по ходу дела друг о друге. Например, кричащий и вопящий взрослый самец бежит по вольеру, встречает нескольких молодых и более взрослых обезьян, пытается потрогать их, поцеловать и обнять.
Просьба о поддержке осуществляется, как я уже описывал, за счет протягивания руки. То, что протягивание руки выступает призывом, становится очевидным, когда другая шимпанзе поднимается и подходит вместе с жертвой к врагу, поскольку позиция «попрошайки» в корне меняется. Теперь он уже не визжит, он уже не то прежнее испуганное создание с протянутой рукой; с лаем и криками он агрессивно набрасывается на противника, постоянно озираясь, чтобы увериться в том, что сторонник все еще поддерживает его. Если кажется, что сторонник колеблется, процедура выпрашивания может повториться заново.
Люди, работающие с шимпанзе, знают по собственному опыту, насколько сильна потребность в примирении. Вероятно, ни один другой вид животных не проявляет эту потребность в столь кричащей форме, и нужно какое-то время, чтобы привыкнуть к этому.
Когда две обезьяны доходят до драки или угрожают друг другу, какая-либо третья обезьяна может решить вступить в стычку и встать на сторону одной из них. Результатом оказывается коалиция двух против одной. Во многих случаях конфликт разворачивается и далее, так что образуются более широкие коалиции. Поскольку все происходит очень быстро, может сложиться впечатление, что шимпанзе движимы только агрессией по отношению друг к другу и что они присоединяются к коалициям вслепую. Но этот вывод совершенно не соответствует истине. Шимпанзе никогда не совершают непродуманные ходы.
Содержит спойлеры
При этом автор не идеализирует животных, расскажет и о случаях каннибализма, о том, как дикие обезьяны уничтожают детенышей, а так же о жестоких драках в самом зоопарке Арнема.
От еще одной претензии на уникальность людям пришлось отказаться, когда открыли, что мы – не единственные приматы, убивающие себе подобных. Сообщения о драках за территорию со смертельным исходом между сообществами шимпанзе сильно повлияли на послевоенные споры о корнях человеческой агрессии.
В зоопарках принято правило никогда полностью не доверять ни одному взрослому шимпанзе. Они не тяжелее человека, но намного сильнее. Проблема с шимпанзе в зоопарке в том, что они слишком хорошо осведомлены о своей силе, превосходящей человеческую. Это, а также их темпераментный характер делает их смертельно опасными.
Содержит спойлеры
Подводя итог, писатель - отличный популяризатор науки и ему удаётся заинтересовать даже того читателя, который в целом не любит обезьян. Так что рекомендую эту книгу для знакомства с автором и тем читателям, которые хотят узнать больше о шимпанзе.
Книга очень понравилась! Я не специалист в этом вопросе, помню, когда училась, у нас была зоопсихология совместно с этологией, но предмет слабо запомнился. Автор пишет очень легко и интересно, а благодаря собственной личной увлеченности исследованиями и трепетному отношению к подопечным, ему удалось передать на страницах книги энтузиазм и симпатию к изучаемой группе шимпанзе.
Книга затрагивает несколько лет наблюдений за колонией шимпанзе в зоопарке в Арнеме, где для животных были созданы максимально приближенные к природным условия, с обширным участком леса, где они обитали. И это позволило многим ученным вести там исследования приближенные к тем, если бы они изучали животных в естественной среде. Отличия конечно тоже были. В первую очередь обезьяны прекрасно осознавали, что за ними наблюдают, узнавали ученных, и самое главное, им не приходилось искать пищу, но тем не менее жили они довольно-таки вольно, и благодаря этому удалось понаблюдать за социальными отношениями в группе.
В описываемый период власть в группе сменилась трижды. На тот момент в колонии было три взрослых самца Йерун и Лёйт как самые старшие, и более молодой, но сильный Ники. На начало книги вожаком и альфа-самцом был Йерун, потом его сместил Лейт и на некоторое время сам стал лидером, затем власть перешла к Ники, который при этом опирался на поддержку Йеруна. Йерун вообще среди всех самцов самый интересный, который перестав быть альфа самцом "официально" занял позицию серого кардинала и фактически так или иначе занимал лидирующие позиции в группе до самой старости.
Но книга не только о самцах и об их политике. Самкам тоже уделено много внимания. Понравилась история одной из самок, у которой несколько раз умирали новорожденные детеныши, так как ей не хватало молока, чтобы их выкормить. Каждый раз для нее смерть детеныша была трагедией, пока однажды автор книги не придумал научить эту самку выкармливать детенышей частично из бутылочки, после этого проблема была решена.
Книга затрагивает массу элементов социального взаимодействия в группе шимпанзе Арнема. Хотя конечно большую часть книга именно о власти и доминировании. Очень интересной была глава про секс, как самки и самцы добиваются этого, как флиртуют, как недоминирующие самцы выпрашивают возможность на сексуальный контакт у вожака и так далее, как более молодые самцы хитрят, чтобы добиться своего и не попасть под горячую лапу старших. Как создаются устойчивые пары, хотя моногамия шимпанзе совершенно не свойственна. Как самки инстинктивно избегают инцеста. И прочее в том же духе.
И читая все это, как то очень хорошо понимаешь, что шимпанзе действительно наши ближайшие родственники, настолько их взаимоотношения в любых социальных аспектах похожи на наши.
Очень интересным был момент, когда описывалось, как группе шимпанзе показывали снятый про них фильм. И обезьяны узнавали на кадрах себя и других своих знакомых сородичей. Когда фильм снимался, Ники был вожаком и альфа-самцом, но затем он трагически погиб, и фильм шимпанзе показывали уже после его гибели. И когда группа увидела на экране Ники реакция на его появление была очень бурной.
Автор очень трепетно, с вниманием и симпатией относился к своим подопечным, и ему удалось прекрасно прописать основных действующих персонажей и их характеры. Благодаря этому и у меня получилось испытать эмоциональную вовлеченность в события. Поэтому эпилог книги был довольно-таки грустным. Дело в том, что уже после описываемых событий конфронтация между самцами достигла своего пика и в одной из драк Лёйт сильно пострадал и умер после на операционном столе, а чуть позже погиб и Ники. И для автора гибель этих обезьян была настоящей трагедией. Он сам признал, что долго не мог приступить ко второй книге, в которой описывались эти события, настолько тяжела для него была эта тема.
Но именно эта эмоциональная вовлеченность и симпатия к изучаемой группе сделала книги такими интересными и живыми. Обязательно буду читать и другие книги автора.
Озвучка отличная, очень понравилась. Книгу читал Алексей Багдасаров, и прочитал он мастерски!
87 понравилось
