Цитаты из книги Jih proti Severu

Откуда бы я мог узнать про Эшли, стоя по самый зад в грязи в окопах? — раздраженно ответствовал старый джентльмен.

Больные ведь никогда не бывают голодны.

Здесь же, на плантации, и весь мир, и война существовали только в воспоминаниях, с которыми приходилось сражаться, когда они в минуты изнеможения осаждали мозг.

Ибо Скарлетт не выносила разговоров, главной темой которых не являлась она сама

Скарлетт : Однажды вы сказали :
"Помоги, Боже, тому,
кто её полюбит "!
Ретт: Помоги мне, Боже..

Нет, дорогая моя, я в вас не влюблён — как и вы в меня, но если б даже и был влюблён, то вы были бы последним человеком, которому я бы в этом признался. Храни Господь того, кто действительно полюбит вас.

Глаза его искрились смехом, но было в самой глубине и что-то другое — что-то, чего Скарлетт прежде никогда не видела, какой-то непонятный блеск. Ретт сидел с непринуждённым, небрежным видом, но она чувствовала, что он наблюдает за ней напряжённо, как кошка за мышиной норой. Под его спокойствием угадывалось крепко взнузданное нетерпение, и Скарлетт, испугавшись, невольно отшатнулась от него.

Не кричите. Я предлагаю вам руку и сердце. Может быть, для большей убедительности мне встать на колени?

Взволнованно смотрела она на хрупкую, пошатывающуюся Мелани, к которой никогда не испытывала ничего, кроме презрения и неприязни. А сейчас, заглушая ненависть к этой женщине — к жене Эшли, — в душе Скарлетт зарождалось чувство восхищения и сродства. Ей, очистившейся в этот миг прозрения от всяких мелких чувств, за голубиной кротостью глаз и нежностью голоса Мелани открылась твёрдая, как сталь клинка, воля и мужество воина.

Он целовал её. Она чувствовала шершавость его усов на своих губах, его поцелуй был долгим, неспешным, его горячие губы медлили, прильнув к её губам, словно впереди у него была ещё целая ночь. Чарльз никогда не целовал её так. И никогда от поцелуев близнецов Тарлтонов или братьев Калвертов не творилось с ней такого: её обдавало то жаром, то холодом, колени у неё слабели и ноги подкашивались.

Нет, я вас не люблю. Но вы нравитесь мне безмерно — мне нравится эластичность вашей совести и ваших моральных правил, нравится ваш эгоизм, который вы весьма редко даёте себе труд скрывать, нравится ваша крепкая жизненная хватка, унаследованная, боюсь, от какого-то не очень далёкого ирландского предка-крестьянина.

Мужчины, как ни странно, придают почему-то огромное значение поцелуям. И очень часто после одного поцелуя совершенно теряют голову, влюбляются и, если вести себя умно и больше ничего им не позволять, начинают вытворять такое, что на них бывает забавно смотреть.

Как могу я не любить вас с вашей неуёмной жаждой жизни, которой я обделён? Вас, умеющую любить и ненавидеть с такой страстью, которая мне недоступна! Вы как огонь, как ветер, как чтобы дикое, и я...

Я была права, сказав тогда, что никогда не буду оглядываться. Слишком это больно, слишком терзает сердце, так что потом ты уже ни на что не способен —будешь постоянно оглядываться назад.

раньше я видел не жизнь, а игру теней. Я избегал всего, что не было призрачно, - избегал обстоятельств и людей, слишком живых, слишком реальных. я злился, когда они вторгались в мою жизнь.