Цитаты из книги Титан

Горе тому, кто отдаёт своё сердце иллюзии - этой единственной реальности на земле, но горе и тому, кто этого не делает. Одного ждут разочарования и боль, другого - запоздалые сожаления. 

Лупи собаку палкой, мори ее голодом, потом ласкай, подкармливай, снова лупи и снова приучай к подачкам, и в конце концов она начнет проделывать любые фокусы.

Хайгенин создал себе образ незаурядного человека, столь же грешного, сколь и натерпевшегося от чужих грехов, человека, который умеет сохранять верность друзьям и на которого можно опереться в трудную минуту.

Он был на редкость проницателен и умудрен житейским опытом. Любезный, обходительный, он вместе с тем всегда умел постоять на своем. Особенно обращали на себя внимание его глаза - красивые, как глаза ньюфаундленда или шотландской овчарки, и такие же ясные и подкупающие. Взгляд их был то мягок и даже ласков, исполнен сочувствия и понимания, то вдруг твердел и, казалось, метал молнии. Обманчивые глаза, непроницаемые и в то же время чем-то влекущие к себе людей самого различного склада.

Сиппенс уже привык считать, что время борьбы для него миновало, а тут перед ним сидел человек, замысливший план грандиозной битвы: слова Каупервуда прозвучали для него, как призыв охотничьего рога для старой гончей.

По этой улице, одной из главных артерий города - Виа Аппиа, его южной части, - спешили домой из деловых кварталов, с фабрик и из контор все ретивые охотники за наживой.

Каждый действует согласно своему темпераменту, которым он не сам себя наделил и потому не всегда умеет им управлять и которым не всегда умеют за него управлять другие. Кто указывает нам путь, то вознося нас к ослепительным вершинам славы и почестей, то ломая, калеча, наделяя темной, отталкивающей, противоречивой или трагической судьбой?

В одном кругу бедность считалась опасной темой. Одно упоминание о ней наводило ужас; в бедности было что-то непростительное -- как в тягчайшем преступлении или пороке. А другие, подумала Беренис, и вовсе перепугаются насмерть. 

Эйлин запутавшаяся и удрученная своими неудачами, начала искать утешения в вине.

Многообразные любовные похождения Каупервуда так осложняли ему жизнь,  что он порой задавался вопросом, стоит ли игра свеч и можно ли в конце концов обрести мир и счастье иначе, как в законном браке. 

По меткому выражению Наполеона, 

Как ни прискорбно, но надо признаться, что большинство любовных союзов не выдерживает натиска житейских бурь, и только истинная любовь — это полное органическое слияние двух существ — способна противостоять всему, но она-то обычно и заканчивается трагической развязкой.

Жажда нового! Вечная жажда нового! Но все уходит безвозвратно… И кто же может без сожаления проститься с тем, что поистине прекрасно? Даже если это всего-навсего любовь, безрассудная, шальная любовь.

"По меткому выражению Наполеона, нельзя приготовить яичницу, не разбив яиц"

Каупервуд теперь уже открыто выступил на арену — наглый, вызывающий, неумолимо логичный, с горящим уверенностью взором, — и, как всегда, сила его личности подчиняла себе людей.

Эйлин прочла в его глазах холодную, беспощадную решимость: перед ней был рассудочный делец, коммерсант, хищник, человек с каменной душой. Она поняла, что доступ к его сердцу закрыт для нее навеки.