Когда говорят мертвецы. 12 удивительных историй судмедэксперта

По моему опыту, люди, убеждённые в том, что только смерть может положить конец их страданиям, не относятся к какому-то определённому классу. Они могут быть старыми или молодыми, мужчинами или женщинами, богатыми или бедными. А каковы последствия такого решения для их родственников, которые потом годами испытывают чувство вины, задавая себе одни и те же вопросы: "Почему? Что мы могли сделать? Как мы могли это предотвратить?" Но самоубийца не слышит и не видит ничего этого. Человека, склонного к суициду, нельзя даже обвинить в том, что его мысли вращаются только вокруг него самого и его собственного стремления к смерти, - это же симптом серьёзного психического заболевания.

Именно потому, что быстротечность человеческой жизни каждый день так ярко предстает перед нашими глазами, именно потому, что мы видим столько боли и страданий и, да, насилия тоже, - вот именно поэтому я, по крайней мере, большую часть времени чувствую себя очень счастливым и благодарным человеком. Я благодарен за каждый прожитый день, когда все, кого я люблю, живы и здоровы. И я благодарен за свою, в общем-то, беззаботную, прекрасную жизнь. Это базовое чувство помогает мне в повседневной жизни: я редко расстраиваюсь по мелочам, почти никогда не бываю в плохом настроении. Можно на это посмотреть так: если это не смерть (неизбежная для всех нас) даёт нам повод радоваться жизни - то что тогда?

Часто преступникам гораздо хуже даётся посмертное расчленение, чем само убийство. Очевидно, человеку легче убить, застрелить или задушить другого в состоянии аффекта, чем потом расчленить его. В последующие недели и месяцы преступники нередко испытывают такое сильное психологическое давление, что в какой-то момент им становится просто необходимо поговорить с кем-нибудь о своём чудовищном поступке - пусть даже с незнакомцем в пабе ночью. Такие неожиданные признания уже способствовали раскрытию дел об убийствах, в которых фигурировали расчленённые или пропавшие тела.