
Электронная
149 ₽120 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Очень не простой роман. Написан прекрасным языком, но уж очень мудрено, запутано. Хотя тема проста, и в литературе используется часто. Главный герой, Аксель Вандер – литературовед, во время Второй мировой войны меняет имя, заимствуя его у погибшего друга. Теряет свою семью, а сам с помощью неизвестных ему людей перебирается, в начале в Англию, а затем в Америку. Страх быть разоблаченным преследует его всю жизнь. И вот этот момент наступает. Некая Касс предлагает ему встретиться и намекает о разоблачении. К чему приводит это встреча читайте в романе. Почему книга называется "Плащаница", я не очень то понята. Желание Касс посмотреть на плащаницу , поскольку они находились в Турине, все время срывалось, как и желание разгадать тайну Акселя. Недоумений во время прочтения возникало много.

Этот номер журнала интересен не только окончанием Джон Бэнвилл - Плащаница .
Пуэрториканские рассказы и сказки Ана Лидия Вега - Рассказы знакомят с особенностями этого латиноамериканского региона. Особо можно отметить сказку про Рис с Фасолью.
Интервью, рецензии на книги и эссе Паоло Пазолини раскрывают особый взгляд на кинематограф и литературу, в частности на произведения Бальзака, Достоевского, Пушкина, Гоголя, Сабы, испанских и русских историй о паломниках.
Украшением номера является Кшиштоф Срода - Путешествие в Армению и другие страны с добавлением наиболее интересных наблюдений природы . Это яркий образец литературы путешествий, представителями которой являются Анджей Стасюк , Томас Эспедаль , Тарас Прохасько и др. В произведении Кшиштофа Сроды путевые заметки о поездках по, в первую очередь, Армении, Литве, Франции, Хорватии, Румынии сопровождаются орнитологическими наблюдениями автора, а также вниманием к деталям: паутинка на боковом стекле автомобиля, окурки у столика парижского кафе, заброшенный парк в горном пансионате и т.п. Повествование ведется нелинейно и читатель переносится из одного времени в другое, из одной страны в другую, созерцая мозаичное полотно впечатлений автора.

Я ничего не знал о Джоне Бэнвилле до прочтения романа. Оказалось, что он - заметная величина в современной европейской, уж ирландской точно, литературе. Имеет множество международных наград, написал больше 15 романов. Половина или чуть больше даже были переведены на русский язык. Однако, для меня имя данного автора было скрыто пеленой.
Одна из его реплик относительно своего творчества мне приглянулась. Уж не знаю, лукавил он спустя 30 лет или был искренен. В 1980-х, будучи неизвестным писателем, Джон Бэнвилл посетил множество книжных магазинов Дублина, но не нашёл ни одной своей книги. "Мне не было плохо из-за этого, потому что я писал такие книги, которые мне хотелось писать. И я никого не винил в том, что не зарабатывал, в этом не было ничьей вины. Никто не обязан покупать мои книги".
"Плащаница" выглядит именно таким романом - написанным для себя. Сложный, тёмный, сложносочинённый и открытый к интерпретациям. Как говорит сам Джон Бэнвилл: "Все ненавидели "Плащаницу", я думаю, даже те, кто ей восхищался. Она была хорошо оценена, но это не та книга, которую легко полюбить читателю. "Плащаница" - моё дитя-монстр, которое я лелею, но которое приводит в ужас других".
Главный герой, Аксель Вандер - пожилой философ, написавший несколько значимых научных работ. Мы застаём его в Аркадии, по крайне мере так он сам называет своё жилище, заброшенное и погружённое в горы пыли. Он вдовец, у него не видит один глаз и не двигается нога. И у него есть тайна. Тайна из прошлой жизни. Тайна, о которой стало известно девушке по имени Клив Касс. Он выползает из своего убежища, чтобы встретиться с ней. Встретиться и... Пожалуй, он сам не знает, что будет дальше.
История разоблачения подаётся сложными способами: здесь и флешбеки, переносящие нас в различные временные отрезки (от предвоенных лет до за несколько лет до сюжетного настоящего) и различные локации. Всё это усложняется периодической сменой персонажей (чаще всего мы видим происходящее глазами Аксель и Клив), ни один из которых не может считаться надёжным рассказчиком. Дополнительного морока наводят параллели с театральными персонажами и масками (кто перед нами - ожившие театральные архетипы или люди, покорно играющие роли?)
При всей кажущейся сложности конструкции, сам текст скорее обволакивает читателя, погружает в плотный туман. Недаром оригинальное название "Shroud" можно перевести как пелена, покров. Но это не тот случай, когда туман настолько плотный, что нечем дышать. Читать произведение относительно комфортно, туман не только мешает тебе разглядеть правду, но и как будто закрывает самую жестокость происходящего. Вместе с персонажами мы пробираемся через свой туман, только для нас это туман истории, а для них - их собственной жизни. Есть ощущение, что выбраться не удастся никому.
Впрочем, на русский язык роман перевели как "Плащаница". Перевод дословный, но не самый очевидный. Да, главные герои большую часть времени проводят в Турине и хотят увидеть местную плащаницу (но так и не доходят, обходятся копией - ирония), но есть и другая причина. По крайней мере мне так кажется. И кроется он в Акселе Вандере.
Но сначала определимся, что такое Туринская плащаница. Википедия пишет следующее:
и следующее:
Аксель Вандер - крупный мужчина, с неочевидным прошлым и переписанным происхождением. Когда родился настоящий Аксель Вандер? И кто настоящий Аксель Вандер? Его сущность, смертельная притягательность сводит в могилу (тем или иным способом) всех женщин, которых он встречает на своём пути. Он окутывает их своей тайной, своей личностью, своим телом, своей известностью. Окутывает и уже не даёт шанса выпутаться. Аксель Вандер - плащаница. Аксель Вандер - чудесный ангел смерти, умерший наполовину.
Я не понимаю своего отношения к роману. Если рассматривать его чисто с точки зрения сюжета, то он мне кажется занятным. Но такой подход обедняет произведение.. Мне понравилось подбирать ключи, разбросанные здесь и там, чтобы лучше понимать происходящее, хотя, как обычно, я чувствую, что часть ключей я не нашёл, да и не все двери сумел разглядеть.
Тайна всегда найдёт место, где ей прорваться наружу. Получилась обволакивающая история о потере и поиске себя, о невозможности сохранить тайну, и в какой-то мере, бессмысленности их существования, об одиночестве (куда без него), о последствиях убийства собственной личности. Кто мы, когда играем роли? И когда роли начинают играть нами? Когда мы сливаемся с ролью, рождаем ли мы что-то новое или убиваем в себе что-то важное?
Что ж, я не ненавижу "Плащаницу", Джон Бэнвилл, прости. Но признаю, ваш роман - тёмное дитя.

Импровизированная конфигурация окурков — к концу дня официант подметет тротуар, чтобы на завтра все могло начаться сначала, — маленькая частичка большого города, меняющегося совсем с другой скоростью.
Кшиштоф Срода. Путешествия в Армению и другие страны с добавлением наиболее интересных наблюдений природы

Пьер Паоло Пазолини. "Мелкий бес" Федора Сологуба

Пьер Паоло Пазолини. Я думаю о метафизических мирах...





