Цитаты из книги The Unknown Beloved

Бедны только честные люди.

...если выглядишь так, словно знаешь, куда и зачем идешь, никто не станет тебя задерживать.

Он верил, что, записывая все, о чем ему было известно, - все факты, впечатления, даже простую последовательность событий, - он тем самыми четко обозначал, чего ещё не знает, и составлял себе план на будущее.

Подвал был весь завален мусором, накопившимся за долгие годы. Теперь никто ничего не выбрасывал.

Нужда не давала. Груда хлама представлялась людям имуществом, а имущество позволяло считать, что у тебя в жизни все не слишком уж плохо.

Кольцо было симпатичное - ажурная золотая филигрань, крупный красный гранат, - но он в таких вещах совершенно не разбирался. Он был уверен в той, для кого предназначалось кольцо. А оно само было простой формальностью

"Любимые не могут умирать. Ибо любовь-бессмертие."

Предположения — это вредная информация. Вредная информация хуже, чем полное отсутствие информации. От вредной информации мы слепнем и, даже столкнувшись с правдой лицом к лицу, ничего не замечаем.

Мужчинам нужно поощрение. Им нелегко даже с обычными женщинами. Но если прибавить к красоте ещё и странность, то большинство мужчин сразу пойдут на попятный. Отчасти из уважения. Отчасти из самосохранения.

Быть в ответе за счастье другого человека — та ещё мука.

Мэлоун не знал, что хуже — вновь и вновь забывать или все время помнить.

«Может, со скорбью всегда так. Может, она никуда не уходит, пока мы не сумеем ее отпустить».

«Мне кажется, втайне все просто обожают злодеев. Если где-то рядом бродит злодей, человеку легче почувствовать себя героем».

«Люди сложные существа. Мы хотим быть частью целого, но в то же время не хотим ни на кого походить. Как приучить людей к справедливости, честности и равноправию, если мы на каждом шагу из кожи вон лезем, лишь бы показать, что мы не такие, как все?»

«Порой нам кажется, что все вокруг знают о нас то же, что знаем мы сами. Но для большинства людей ты – прекрасная тайна».

К тому же... ему была нужна всего одна, та самая мышь, которую манили только самые неприметные хлебные крошки.

Прошлое затягивало их в водоворот, окружало вопросами и сомнениями, неверием и отрицанием.