Яблоки не падают никогда

Она заметила, что чем меньше думает, тем чаще находит простые и верные ответы прямо у себя перед глазами.

Те первые недели после возвращения домой напоминали Джой медовый месяц в разгар апокалипсиса.

Ухожу ИЗ СЕТИ ненадолго! Я дума анаграмма Хорьки 21 дом кто бы прикончить лаком тетек. Подпоите коня! Люблю, мама.

Мне нужно сказать тебе что-то важное. Жить все эти годы, зная, что ты можешь уйти из дому в любой момент, было тяжело, Стэн.
Каждый раз, как ты уходил, сердце у меня холодело на градус, пока я не подумала, что когда-нибудь оно превратится в ледышку.
Поэтому настал мой черед уйти.

— Я вернула деньги, – сказала Саванна. – И я никогда бы оставила их себе.
— Ну откуда мне знать, чего бы ты не сделала?

— Почему вы отдали в чистку свою машину, мистер Делэйни? – спросила Кристина. – Через два дня после исчезновения вашей жены?
Почему вы так настойчиво делали все для того, чтобы вас посчитали виновным?

— Он хотя бы предложил вам чашку чая?
— Мы на это не рассчитывали, – отозвалась Кристина. – Мы собирались арестовать его.

Когда Этан только начал работать с детективом Кристиной Хури, то боялся ее – думал, что она считает его болваном. Кристина смотрела на него будто через увеличительное стекло и находила в нем массу недостатков. Но теперь он привык к этому взгляду. Так же она каждый день смотрела на свой утренний кофе, а кофе Кристина любила.

У Троя были такие страстные и переменчивые представления о справедливости и морали. Его подростковая империя по торговле наркотиками была совершенно приемлема, а то, что Саванна выцыганила у него деньги, – нет; жульничество в теннисе – непростительный грех, но при этом сам он не задумываясь изменил своей любимой жене.

— Но почему? Почему ты хотела бросить кирпич нам в окно? Что мы тебе сделали? – спросила Джой. – Я не понимаю.
Она набрала немного веса с тех пор, как Саванна стала кормить ее. И Стэн тоже. Одно удовольствие было смотреть, как разглаживаются их лица оттого, что Саванна увеличила количество потребляемых ими калорий. Она была как злая ведьма из сказки про Гензеля и Гретель – откармливала их, прежде чем съесть.
— Просто я ненавидела этот дом. Я всех вас ужасно ненавидела.

Если она сама не была свидетельницей проступка, то требовала доказательств или, по крайней мере, желала сперва выслушать версию событий в изложении предполагаемого виновника.

Эми заметила, что, хотя ее сердце определенно стучало с превышением лимита скорости, оно делало это в контролируемой манере, не выбиваясь из своей полосы.

Так всегда случается. Талантливые дети превращаются в заурядных взрослых: бабочки становятся молью.

Не важно, как сильно ты стараешься, тебе никогда не стать достаточно хорошим.

– Верно, – согласилась Эми. – Ты очень… вдумчивый, да?

Он и правда был очень вдумчивым, даже в пьяном виде.

– Я привык уделять внимание деталям, – пояснил Саймон. – Я обстоятельный.

Джой предпочитала не ставить Штеффи в неловкое положение, предлагая ей собачью еду, так как Штеффи, похоже, не считала себя собакой.

Если ее теплого тела не было рядом с ним в постели, зачем ему слышать ее холодный голос.