Цитаты из книги Хижина пастыря

Когда нуждаешься в чем-то, даже если его нельзя получить – особенно если нельзя получить, – все равно просишь. Не веришь в этот бред, но молишься.

Я молился. Годами. Если такое называется молитвой. Если мечтать, желать и надеяться до того сильно, что пот прошибает и яйца подскакивают к горлу, значит молиться, тогда молился я много.

Если постоянно по кому-то скучаешь, начинаешь понимать, как много этот человек для тебя значит.

Лишь когда мама исчезает, ее начинает не хватать и появляется интерес к ней.

Мама однажды заявила, что любовь не всегда бывает удобной и приличной. Уж мама-то знала.

Моя ладонь задела бабушкину щеку, холодную и твердую, и меня словно молнией пронзило. Какое-то знакомое ощущение, жуткое. Я вдруг понял. Бабушка стала мясом. Вот чем становится все мертвое. Она умерла, но не исчезла. Мясо это то, что умерло, но не исчезло.

Знаете, собаки умеют ждать. Отлично умеют. Потому что обычно даже не понимают, что ждут. Настоящее ожидание это когда ты знаешь, что ждешь. В таком случае надо стать пастушьей собакой и забыть, чем ты занят. Я не о том, чтобы дрыхнуть, как овчарка келпи. Я скорее о том, чтобы быть здесь, но не здесь. Переноситься куда-нибудь мысленно. Иначе жесть. Я к этому привык. Так же, как привык к одиночеству.

В одиночестве человек возвращается к своему звериному началу, юноша.

От первого реального знакомства с небом сносит крышу. Когда вдруг пони маешь: луны и планеты это целые миры. Небесные тела. Звезды и сами по себе красивые, но мысль, что они где-то существуют, живут и умирают просто бом ба!

Иногда сдаться труднее, чем умереть.

Несколько часов роли не сыграют. Так я себя убеждал. Похоже, мы умнеем, только когда оглядываемся назад.

Однако, когда ты поступаешь правильно, Джекси, когда творишь добро, тогда становишься орудием Бога. Становишься частью божественного, частью жизненной силы, самой жизни. Вот во что я верю. На что надеюсь. И по чему скучаю.

... Бог это то, что ты делаешь, а не то, во что или в кого веришь.

Опасное чувство, когда тебя замечают, тебя хотят. Видят твою душу глубоко и по-настоящему. Кайфово, но и жутко. Будто тебя поглощают. Вся кожа болит, словно ты за минуту вырос на два размеpa

Никогда в жизни я не бегал так труд но и так далеко. В школе меня не могли заставить даже трусцой по стадиону передвигаться. Но если бежать долго, возникает удивительное чувство, будто ты можешь так вечно

Так и еду, на самой высокой допусти мой скорости; одной рукой держу мясо, другой руль. Смеюсь во все горло, даже закашливаюсь. Впервые в жизни я знаю, чего хочу, и у меня есть то, что доставит меня к цели. Если вы никогда подобного не испытывали, мне вас жаль.