Krietnā kareivja Šveika dēkas pasaules karā

Был там такой, который все кричал, что он архиепископ. Этот ничего не делал, только жрал, да ещё, с вашего позволения, делал то, что рифмуется со словом жрал.

Образование облагораживает душу, а этого на военной службе не требуется.

На свете вообще много чего не полагается, что допускается.

В лихий час і кум за собаку, та не беріть собі цього так близько до серця. На світі людей з зіпсованою репутацією принаймні разів у десять більше, ніж з доброю. На таку дрібницю шкода і язика псувати.

Заметьте, как красиво звучит «вы — скотина», вместо грубого «ты — скотина».

Кто лю­бит го­во­рить двус­мыс­лен­нос­ти, сна­ча­ла дол­жен их об­ду­мать. От­к­ро­вен­ный че­ло­век, у ко­то­ро­го что на уме, то и на язы­ке, ред­ко по­лу­ча­ет по мор­де. А ес­ли уж по­лу­чит, так по­том во­об­ще пред­поч­тёт на лю­дях дер­жать язык за зу­ба­ми. Прав­да, про та­ко­го че­ло­ве­ка ду­ма­ют, что он ко­вар­ный и ещё бог весть ка­кой, и то­же не раз от­лу­пят как сле­ду­ет, но это всё за­ви­сит от его рас­су­ди­тель­нос­ти и са­мо­об­ла­да­ния.

Там ніколи не звертали уваги на попередню освіту, бо австрійським кадровим офіцерам це загалом зайве. Військовий ідеал вбачали лишень у грі в солдатиків. Освіта облагороджує душу, а це в армії зараз нікому не потрібне. Чим офіцери грубіші, тим краще.

— Коли їдуть на фронт, — заявив Швейк, — то ніколи не спізнюються, бо кожний поїзд, що їде на фронт, спочатку добре подумає, чи варто привозити на кінцеву станцію лише половину людей.

— Дали ему… десять лет… неделю тому назад…
— Ну, вот видите! — сказал Швейк. — Значит, семь дней уже отсидел.

Она перевернула вверх дном всю квартиру, но понемногу ее энергия в устройстве гнездышка начала иссякать, и разгром постепенно прекратился.