Le Théâtre et son double

Записывать — значит препятствовать духу двигаться среди форм, подобно свободному дыханию. Потому что письмо фиксирует дух, кристаллизует его в определенной форме, а форма порождает фетишизм.

Самурай. Я хочу...
Наставник. Чего же? Любви?
Самурай (даёт наставнику пощёчину). Вовсе нет, необычности вещей.

Парацельс мысленно устанавливает связь между цветом болезни и цветом растения — и он вылечивает болезнь.

То, что язычество считало божеством, Европа низве­ла до механизма.

Сегод­ня человек, питающийся картофелем, имеет мораль аван­тюриста, но другой человек, питавшийся картофелем на этом же самом месте пятьсот лет назад, был в моральном отношении дегенератом.

Помимо пристрастия к сновидениям, помимо чувства ненависти к реальности, Сюрреализм имел пристрастие к благородству, навязчивую идею чистоты.

театр — это большой прошедший день, где фатальность веду я.

жизнь — это всегда чья-то смерть.

и если есть еще в наше время что-то сатанинское и воистину окаянное, так это пристрастие задержаться - по праву художника - на форме, вместо того чтобы, как осужденные на костёр, благословить своё пожарище.

Когда сегодня заходит речь о культуре, власти думают о том, что надо открыть школы, запустить печатные стан­ки, чтобы рекой лилась типографская краска, тогда как для вызревания культуры надо бы закрыть школы, сжечь музеи, уничтожить книги и разбить типографские машины.