Увечный бог. Том 1

Ухаживания есть переговоры относительно возможностей для достижения того неуловимого выигрыша, что и зовётся любовью.

Истинная, собственно, заключается в том, что единственное предназначение жреца любой конфессии — просто выслушивать однообразную песнь из неурядиц, опасений и грехов, поскольку это способствует исправлению души. Я так и не разобрался, чьей именно, но оно и неважно.

Обладание очень важно, только если мужчина боится потерять что-то, что у него есть. Если он вполне устроен, ему не нужно обладать, но кто из нас вполне устроен? Могу поспорить, очень немногие. Мы постоянно беспокойны и с годами всё беспокойнее. Беда в том, что единственное, чем больше всего мечтает обладать старик, ему-то и недоступно.

— Вифал, что делает тебя счастливым?

Долгие промежутки, когда не о чем тревожиться, Санд.

— И только?

Ну, еще красота, надо полагать. Удовольствие для органов чувств.

Только урод может сказать, что иначе нельзя. Что путь к вере лежит через страдания. Что шрамы — свидетельство мудрости. Только урод.

Чтобы приспособиться к новому, нужно отказаться от старого, и сказать легче, чем сделать, ведь нужно признать, что старое умерло, ушло навсегда — как бы ты ни упрямился, как бы ни упирался.

Правосудие. Они любят это сладкое противоречие, как... как вино. Нет настоящей справедливости, повторяют они, без главного права, возмездия. Эксплуатируйте мир на свой страх и риск, дорогие друзья. И однажды кто-то решит выступить от имени мира. Однажды кто-то придет и спросит.

Десятилетия засухи. Восстания, гражданские войны, перевороты... и богатые когда-то страны оказались на грани вымирания. В такие времена процветают пророки. Бурные революции, головы королей и королев торчат на пиках, кровь течет по улицам. Но сухое небо без дождя непобедимо, ни один великий вождь из толпы не может предложить спасения, так что уже вскоре и его голова украшает пику.

Грёзы и кошмары прячутся в одной яме. Сунь руку — и не знаешь, что вытащишь.

Мир заслуживал, чтобы его спасти. Потому что в нем есть любовь и мгновения покоя. Потому что существует сострадание, как цветок в трещине скалы, как яркая истина, как захватывающее дух чудо.