Разговоры на песке. Как аборигенное мышление может спасти мир

А почему на этой обложке ничего не написано? Здесь на панцире черепахи целое оглавление, вы просто не умеете это читать.

Книга «Разговоры на песке. Как аборигенное мышление может спасти мир» (Тайсон Янкапорта) – об австралийском способе жить, делиться информацией и определять важное. Их мышление паттернами (они размещены на обложке) – вне времени и пространства; это сторителлинг, который европейцам и азиатам непросто постичь.

Британская империя сделала с австралийскими аборигенами примерно то же, что США – с индейцами: прошлась катком, равномерно разрушая и нивелируя различия. Всего 1 термин: украденные поколения. 60 лет подряд. Не ужаснуться не получится.

Янкапорта не беспристрастен как антрополог, его тоже задело жерновами империи, его вырвали из контекста, изменив судьбу, поэтому текст полон горечи, хотя и с надеждой на будущее.

Австралийский автор по крупицам собирает знания предков, чтобы поделиться ими со всеми, кто готов слушать. И в этом зерне аутентичности – бесконечное количество любви и света.

Я взялась читать эту книгу исключительно ради книжного клуба. Но в итоге обрела несколько больше, чем галочку в списке против пункта Австралия. Хотя, надо признать, что одного раза мне категорически не хватило, чтобы полностью включить в сознание ту картину мира, которой делится со своими читателями автор (впрочем, не факт, что второго будет достаточно). Возможно немалую роль в этом играет и почти двойной перевод - с аборигенского на английский (где уже половина смыслов искажается), а затем еще и на русский, так что, как пишет сам Янкапорта, смысл должен возникать на извилистых тропках между словами.

Кроме того, мне страшно понравилась его манера изощренно троллить читателя, а также мысль о том, что в кои-то веки мне попалась в руки книга с собственной философией бытия, которая не вызывает откровенной скуки или отторжения. В моей картине мира человек, который начинает философскую книжку с выражения уважения к ехидне уже заслуживает, как минимум, внимания.

«Недавно сложившиеся традиции взламывают, словно вирус, системы творения, заражая сложные паттерны искусственной простотой и устанавливая цивилизующий контроль над тем, что некоторые считают хаосом. Начало этому положили шумеры. Римляне это усовершенствовали, а англосаксы наследовали. Сегодня в этом увяз весь мир».

Тайсон Янкапорта – австралийский абориген, который описывает себя в самых скромных характеристиках, однако судя по книге – это прекрасно образованный человек с разносторонними познаниями (включая вырезание бумерангов и, подозреваю, докторскую степень), а также отличным чувством юмора.

Если в паре слов, то вся книга – это длинный нарратив на тему о том, что современная западная традиция объяснения и использования мира сводится к наложению упрощающих лекал на исходно сложные паттерны, что приводит к утрате тех древних знаний, которые сохраняет несвойственная современности устная традиция, а также одновременной потере радости бытия. Несмотря на критику западного стиля мышления (в противовес ему предлагается аж пять вариантов аборигенского) и успешное применение силы тотемных духов (о чем рассказывает один любопытный эпизод), автор отлично пользуется классическим британским юмором, не имеет ничего против курицы с карри, каждый день ездит на работу в Мельбурн, пользуясь отнюдь не кенгуру в качестве транспорта, и прекрасно осведомлен о работе иммунной системы человека.

Дальше чуть подробнее и немного цитат.

Это, если так можно выразиться, самый верхний считываемый слой (например, про 5 типов мышления или равенство понятий время-место я даже не стала пытаться писать, это надо как-то еще осознать):

1) Главный изъян современного человека убеждение «Я больше тебя; ты меньше меня»

2) Жизнь аборигенов в Австралии была всем хороша, пока не пришли колонизаторы. В настоящее время проблем остается немало. Например, с одной стороны аборигены вынуждены встроиться и жить в западной картине мире, с другой – ряд условий требует от них подтверждения племенной «идентичности», которую те же самые люди, которые требуют, несколько веков упорно вытравляли, в частности, путем передачи на усыновление оккупантам аборигенных детей.

3) Автор полагает, что «подростковый возраст» — это исключительно западное изобретение, придуманное для задержки эмоционального, социального и интеллектуального развития населения, причем чем дальше, тем более длинным этот этап становится. В аборигенной культуре ты или ребенок, или взрослый (после инициации), и никакой период инфантилизма не требуется.

4) Западный мир живет работой. На работе основано абсолютно все. Работа до сих пор отнимает у обычного человека большую часть дня, не менее 8 часов, тогда как аборигены тратили не более 4х для необходимых действий, призванных обеспечить их бытовые потребности. И при этом не жили впроголодь, как пытаются убеждать всех белые люди. В итоге современному западному человеку просто некогда заниматься обычной жизнью, т.е. тем, что приносит радость – семья, разговоры, творчество, песни и прочее. И даже сейчас, когда на самом деле 8-часовой рабочий день уже давно не является обязательным с точки зрения эффективности труда, ничего не меняется.

5) Аутентичная еда – это вовсе не бифштекс из кенгуру под манговым пюре. Это прежде всего сезонная пища, та, которая в настоящий момент наиболее подходит для еды в данном конкретном месте. Иными словами, то, что именно сейчас созрело, набрало жир, отложено в виде вкусного яйца и т.п. Тот же принцип работает и с лекарствами. Зимняя курятина годится для лечения от гриппа, а летняя, когда курица иссушена высиживанием яиц и выращиванием птенцов – нет.
«Шелковистый дуб имеет такое же название на языках аборигенов, как и слово, обозначающее угря. Его древесина имеет ту же текстуру, что и мясо угря, и цветет он в пик сезона, когда угри набирают больше всего жира, сигнализируя нам, что настало самое время их есть. В этот сезон жир является лекарственным средством и может вылечить лихорадку».

6) Современный подход к знаниям – это упрощение. Но система является работающей системой именно за счет своей сложности (см про дуб), поэтому только целостное ее восприятие позволяет пользоваться ее преимуществами. Но такое знание обычно «недоступно людям, которые изучают мясо моллюсков в пробирках, не зная, где и в какой сезон это мясо было добыто».

7) Умершие родственники воспринимаются, как совершающие определенный цикл. Т.е. прабабушка через какое-то время становится твоей племянницей. С этой точки зрения попытка задержать дух человека в этом мире (фотографии, памятники, мемориальные странички в интернете) – не является правильной. Ему нужно дать уйти, чтобы он мог вернуться.

8) «Почему мысли и решения приходят к нам во сне? Возможно, в этом случае неважно, как это происходит. Возможно, всё это работает как раз потому, что покрыто мраком тайны». Рационализация методов познания может вести не к упорядочению таковых, а к потере сложной системы взаимосвязей, в которую встроено так называемое интуитивное знание, те действия, которые совершает мозг, не затрагивая сознание – потому что сознание просто не успело бы.

9) «Первый мобильник у меня появился в 2016-м, и в следующие несколько месяцев я наблюдал за тем, как мой мозг размякает, словно булка в ночном горшке».

Может, попробую еще раз перечитать (я в основном слушала). Ну и рекомендуемую медитацию для «понимания бытия в месте», пожалуй, стоит проделать.