Цитаты из книги Ванька

Путешествовать приятно одному или же в обществе женщин легких, беззаботных, живущих минутой, а не таких, которые всю дорогу думают и говорят только о детях, вздыхают, пугаются и дрожат над каждой копейкой.

Все серо, обыденно, старо. И грязь даже старая.

по полу гуляет ветер, которому позавидовал бы даже северный полюс

сентиментальная кислятина

Будь он астрономом, он сумел бы доказать, что это худшая из планет!

Несогласие слова с делом очень характерно для нашего времени.

Искусство – самый радикальный утешитель.

Голос у нее ниже всякой критики, но владеет она им в совершенстве.

«Чёрт его возьми! – думал он. – Дуэль не беда, он меня не убьет, но беда в том, что узнают товарищи, а им отлично известно, что я соврал. Мерзко! Осрамлюсь на всю Россию…»

А читательница, ожидавшая мелодраматического конца, может успокоиться.

- Я женщина беззащитная, слабая, я женщина болезненная, - говорила Щукина. - На вид, может, я крепкая, а ежели разобрать, так во мне ни одной жилочки нет здоровой. Еле на ногах стою и аппетита решилась... Кофий сегодня пила, и без всякого удовольствия

а какое высокое наслаждение для меня гулять по деревне и заходить в избы к людям и говорить с ними. какое разнообразие лиц, голосов, умов, вкусов, верований!

поэзия и романы не говорят правды.

скука ужасная и,если бы не книги,то я бы,кажется, по целым дням плакал от скуки.

Ну, я виноват, я оскорбил, но неужели умереть легче, чем простить!

Люди без причины не умирают.

Но, Васичка, какие там го-оры! Представь ты себе высокие-высокие горы, на тысячу раз выше, чем церковь...Наверху туман, туман, туман...Внизу громаднейшие камни, камни, камни...

– Что же я могу сделать, сударыня? – сказала она. – Вы говорите, что я мерзавка и разорила Николая Петровича, а я вам, как пред истинным богом… заверяю вас, никакой пользы я от них не имею… В нашем хоре только у одной Моти богатый содержатель, а все мы перебиваемся с хлеба на квас. Николай Петрович образованный и деликатный господин, ну, я и принимала. Нам нельзя не принимать.

Вольному воля.