Жребий Салема

...основой всех страхов является именно это: чуть приоткрытая дверь в неведомое.

Мы с Нолли пару недель назад ездили в Фалмут в кино. В этом вестерне было больше крови, чем я видел за все годы в Корее.

... естественнее смерти для человека был только секс.

Жизнь в городе обыденна и чувственна, она опьяняет.

У города есть свои тайны, и он свято их хранит. Люди не знают всего.

Надо называть вещи своими именами. Если не врать себе, то будешь свободным. К черту все это!

На задир слова не действуют. Такие, как Ричи Боддин, понимают только боль, поэтому, наверное, в мире и существует столько проблем.

В конце концов ты всегда упираешься в стену родительской любви, так похожую на обитые мягким войлоком стены тюремной камеры. Искренность этой любви лишала всякого смысла как дальнейшее препирательство, так и уже состоявшееся.

Вот в чём была ценность умения не плакать. Со слезами, как с мочой, всё уходило в никуда.

Мне кажется, что людям легко верить в возможность телепатии, ясновидения или телеплазмы, поскольку их это в общем-то не затрагивает и не мешает спокойно спать по ночам. А вот с мыслью, что зло, сотворенная человеком, может пережить своего создателя, смириться не так просто.

Дад надувал антикваров, антиквары надували туристов, и все были в выигрыше: разве не так устроен весь мир?

• молодые вечно оспаривают очевидное.
  
  

Чудища в кино, конечно, забавны, но при мысли, что они действительно бродят в ночи, становится не до смеха.

В Америке пропавшие без вести – такая же обычная вещь, как и вишневый пирог. Мы живем на колесах. Люди ищут, где лучше, и снимаются с мест каждые два-три года. И нередко забывают оставить свой новый адрес. Особенно бездельники.

Марк ощутил, как в воздухе ощущается напряжение...

Что вас привело в процветающий город Джерусалемс-Лот, штат Мэн, с населением в тысячу триста человек?

– Дело в том, что в нынешнем веке трактовка католической церковью концепции зла претерпела радикальное переосмысление. И знаете почему?
– Полагаю, из-за Фрейда.
– Очень хорошо! Католическая церковь вступила в двадцатый век с новой концепцией зла – зла с маленькой буквы. Дьявол уже не представляется рогатым чудищем с хвостом и копытами или змеем, ползущим по саду, хотя это удивительно точный психологический образ. Дьяволом, по евангелию от Фрейда, является бездонная пучина нашего подсознания.

Вопрос: если поместить психолога в одну комнату с человеком, считающим себя Наполеоном, и оставить их там на год (или на десять лет, или на двадцать), кто выйдет в итоге - два последователя Скиннера или два парня, закладывающих руку за борт пиджака? Ответ: данных недостаточно.

Сумасшедшим нередко удается отлично скрывать свое безумие