Каирские хроники хозяйки книжного магазина

Книготорговля – это тоже своего рода диалог, и, как в любом диалоге, здесь есть те, кто его заводит, кто в нем участвует, кто его прерывает и кто просто молча слушает. Продавец книг  – больше чем профессия. Здесь приходится быть и хранителем, и свахой, и изобретателем трендов, и их знатоком.

Нельзя принимать решения исходя из чувства страха или вины или просто потому, что этот путь кажется тебе проще. Выбирать нужно то, что кажется правильным.

Сколько мужчин всю жизнь изучают священные тексты, надеясь приблизиться к святости. Но сами же используют эти религиозные тексты, чтобы оправдывать дурное поведение, – и оказываются заодно со светскими мужчинами, которые, прикрываясь моральным авторитетом, идут напролом к своим ужасным целям. Наши верования отделяют нас от других людей и делают нас слепыми к собственному лицемерию.

Повсеместная неопределенность и бесконечные проволочки – это на самом деле инструменты контроля. Ты смотришь издалека и понимаешь, что однажды очередь дойдет и до тебя. А пока ты делаешь себя жертвой тотальной самоцензуры и взвешиваешь каждое свое слово так, будто за тобой постоянно следят.

Есть какая-то двойная ирония в том, что колониализм сначала отрывает нас от нашего прошлого, а затем вынуждает обращаться к колонизаторам за информацией об этом самом прошлом.

Некоторые великие произведения люди забывали или даже пытались уничтожить, а потом эти книги вдруг всплывали во времена, когда их идеи и эстетика находили больший отклик. Некоторые книги были актуальны для своей эпохи, но не интересны ни для какой из последующих – и их быстро и успешно забывали.

В книгах, жестах, кофейных чашках и чайных листьях мы все искали себя, друг друга и средства к существованию.

Может, колонизированные культуры так привыкли быть в приниженном положении, что беспрекословно воспринимают знание как дар и даже не задумываются о его подлинности или о том, чтобы самим предлагать что-то взамен? Восточные писатели не пишут о западной истории так часто, как западные писатели пишут о восточной.

Древние римляне тоже породили немало собственных текстов о самосовершенствовании на все случаи жизни. Цицерон, переводчик древнегреческой философии на латынь и один из самых деятельных авторов эпохи Юлия Цезаря, написал трактаты «О дружбе», «О старости» и «Об обязанностях», в которых советовал римлянам, как жить и вести себя на разных стадиях и в разных обстоятельствах их жизни. Эти темы до сих пор актуальны.