Цитаты из книги Гориллы в тумане

Однажды солнечным теплым утром я вышла на группу, когда она загорала в седловине на небольшой лужайке, окруженной холмами. Шум, вызванный моим приближением, заставил Дядюшку Берта резко приподняться. Узнав меня, он приветливо заурчал и с блаженным видом снова улегся на солнцепеке с выражением глубочайшего удовлетворения на лице. Мимо меня прошла Мачо, окинула доверчивым добрым взглядом и легла рядом с мужем. Возбужденный Квели был в слишком игривом настроении, чтобы угомониться и расположиться рядом с родителями. Он по-пластунски пополз ко мне, выпятив зад с белым хвостиком. Через пару секунд он буквально уперся в меня глазками, защекотал лицо усами и стал обнюхивать волосы. Он потянул меня за одежду и рюкзак и кубарем скатился назад к Дядюшке Берту, сверкая в воздухе пятками. Затем он с таким же проворством оказался на Мачо и решил пососать ее грудь. Мачо нежно обняла сына, и довольная парочка закудахтала от удовольствия, одаривая друг друга умилительными улыбками.

За эти два дня я обратила внимание на разительное отличие в поведении обоих вожаков. Когда-то, за много лет до этой встречи, Бетховен столь же неумело руководил членами своего семейства, как теперь Дядюшка Берт своим. Более зрелый возраст и опыт позволили Бетховену выйти из сложившейся ситуации, не прибегая к агрессивности. Я была уверена, что со временем Дядюшка Берт научится вести себя при встречах с другими группами горилл или одинокими серебристоспинными самцами и подобно Бетховену окажется на высоте. А пока Дядюшке Берту предстояло многое познать, равно как и более молодым самцам в обеих группах: Диджиту — в группе 4 и Икару — в группе 5.

Другое редкое и излюбленное гориллами растение родственно омеле белой (Viscum album). Оно растет на тощих высокогорных деревьях, например гиперикуме. Подростки намного ловчее собирают мясистые цветущие стебли лорантуса (Loranthus), чем тяжеловесные взрослые, которым нередко приходится ожидать внизу, пока не свалится лакомый кусочек. Если подростки допускают ошибку и спускаются на землю, наивно полагая, что смогут полакомиться собранными ими растениями, взрослые тут же грубо отбирают у них добычу.

Однажды один из посетителей лагеря случайно обнаружил еще один тип ловушки; к счастью, их найдено всего лишь несколько штук. Новичок пробирался сквозь густые заросли на четвереньках и собирался опереться на вытянутую вперед руку, как вдруг замер. Приглядевшись к месту, где рука должна была коснуться земли, он увидел тщательно замаскированную проволочную петлю с пружиной, припорошенную пылью. Он проследил глазами за тянущейся вверх проволокой — она была привязана к трем толстым бревнам до полуметра в поперечнике и длиной в два метра, укрепленным на метровой высоте. Малейшее нажатие на пятачок земли, окруженной петлей, привело бы к падению бревен и его неминуемой смерти. Студент хладнокровно попятился от ловушки, встал на ноги, вышел из зоны падения бревен и дернул за туго натянутую проволоку. Тяжеленные бревна рухнули на землю, сотрясая ее, но никого не задели и не убили.

Учитывая возраст детеныша и то, что Флосси была бездарной матерью, я была уверена, что с ним произошел несчастный случай. За двадцать семь месяцев до этого Флосси лишилась еще одного детеныша в семимесячном возрасте. Первое исчезновение совпало по времени, когда Дядюшка Берт взял в свои руки бразды правления группой 4 после естественной смерти отца малыша, Уинни. Если учесть, что потеря ребенка может быть связана с установлением тесных связей в новой паре половозрелых самца и самки, не исключено, что первый детеныш Флосси мог стать жертвой детоубийства.

Мне еще предстояло узнать, что симптомы у людей, прибывающих в Карисоке и обнаруживающих свое неумение приспособиться к жизни в лагере или заняться изучением горилл, близки к тем, которые наблюдаются у некоторых астронавтов, проходящих курс адаптации к полной изоляции при подготовке к запуску в космос. Испытываемый при этом дискомфорт может выражаться в усиленном потоотделении, ознобе, непродолжительных скачках температуры, потере аппетита и сильной депрессии в сочетании с продолжительными приступами слезливости. Такое состояние я назвала «хандрой астронавтов», и это было самой настоящей болезнью. Как только я поняла, насколько она поражает некоторых волонтеров, я перестала уговаривать их остаться и продолжать работу.

Годы наблюдения за детьми показали, что для большинства из них отнятие от груди наносит большую травму на втором году жизни, когда у матери возобновляется регулярный менструальный цикл или она снова забеременела. Не исключено, что затянувшееся кормление Зиза грудью было причиной длительных интервалов между рождением детей. У Маркизы они составляли в среднем пятьдесят два месяца по сравнению с сорока тремя у Эффи, если считать только удачные роды (когда следующий ребенок вынашивался до конца и выживал).

Пробуждение любопытства у горилл составляло лишь часть процесса привыкания, который со временем я хорошо освоила. Однако я еще долго не осознавала, что не стоит стоять или прохаживаться во весь рост в поле зрения горилл — такое поведение усиливает их беспокойство. После этого открытия я стала в их присутствии ходить, опираясь на согнутые пальцы рук и ступни ног. Когда я подползала к гориллам на карачках и вступала с ними в контакт в сидячем положении, мои глаза оказывались на уровне их глаз; я выглядела так, словно намерена сидеть на месте, а не вторгаться в их группу.

Прошло еще восемь месяцев, пока д-ру Лики удалось добиться финансирования нашего проекта. За это время я полностью расплатилась с долгами за поездку 1963 года и буквально наизусть вызубрила две прекрасные книги Джорджа Шаллера о его работе с горными гориллами в 1959–1960 годах, а также самоучитель языка суахили. Нелегко было бросать привычную работу специалиста по трудотерапии и расставаться с детьми, бывшими моими пациентами на протяжении 11 лет, а также проститься с друзьями в Кентукки и моими тремя собаками.