Интригующее начало неоконченного рассказа с претензией на что угодно не очень хорошее, опять связанное с детьми
— Он сказал: «Я просто хочу знать, что происходит с моим ребёнком — из-за меня это или нет». Он говорил это довольно агрессивно, но также и очень, очень напугано.
Обычно Стивен Кинг ответственно относится к произведениям и, кто бы ни ругал его за затянутые, нагромождённые подробностями первые половины романов, слитые финалы, самоповторы да прочие писательские грешки, ему, благо, удаётся довести большинство дел до конца. Но не в этом случае.
Каждое утро он наполнял его [портсигар] ровно десятью стомиллиметровыми «Винстонами» — когда они кончались, он прекращал курить до следующего дня. Это было не настолько хорошо, как бросить курить, и он знал это. Но это максимум, что он мог сделать.
Написанный в восьмидесятых годах прошлого века, данный рассказ — и не рассказ вовсе, а лишь вступление к нему. В плане сюжета здесь ничего не происходит, кроме пары бесед психиатра — с пациентом и с медсестрой-регистраторшей. Работяга хочет узнать, что не так с его сыном, женщина же объясняет специалисту, почему решила записать того к нему, а не к другому коллеге. Всё. Дальше продолжайте эту историю как хотите.
— Скажи ему, чтобы обратился к Милтону Абрамсу в Олбани, — сказал Конклин, плавно передвигая формуляр по столу в её направлении. — Могу я посоветовать тебе встретиться с ним, прежде чем выносить такое решение? — спросила Нэнси Абрамс.
Учитывая располагающий стиль автора и наличествующую интригу, кажется, что перед тобой, как рыбкой перед котиком, помахали потенциально вкусной приманкой, а потом убрали её восвояси. Однако если приглядеться, видно, что «короля ужасов» на сей раз не сильно затянул творческий порыв. В своих новеллах он, как принято, не растекается мыслью по древу, а чётко излагает перечень событий и итог; здесь — всё переминался с ноги на ногу, будто пребывая в неловком или ленивом расположении духа, пробуя сесть на привычного «конька» не с того боку.
Он любил Нэнси Абрамс по-своему — однажды, перепив, он назвал её улицей Делла психиатрии и она чуть не ударила его.
Для сравнения, схожесть завязки (по крайней мере, мизансценически) наблюдается в «И пришёл Бука» — правда, там отец, лёжа на кушетке, практически сразу сообщает врачу, что убил собственных детей, и вскоре раскрывает страшную причину. Читатель с первых строк на крючке, приём отменный и безотлагательный. В «Замочных скважинах» при отсутствии оного выводы о недостаточной заинтересованности Кинга в материале и, следствие, обрубленном и неудовлетворительном результате напрашиваются сами собой.
Феномены, а не что-то мимолётное.
Печально, но слишком коротко, чтобы сожалеть.
— Цитируй мне что угодно, я всё равно не подниму твою заработную плату.
5 понравилось
