Лик полуночи

– Маски – это чума. Они опасны. Потому их и полагается держать под контролем, а не просто любоваться и использовать без разбора.

Мир сошел с ума. Ей захотелось вернуться в прошлое – туда, где варги были самым большим ее страхом. В тот момент, когда она еще не видела маску Хаоса вблизи.

Пятая тканевая жидкость – это пневма. Кровь происходит от эмоций, мокрота – от Знания, а двойная желчь – от Времени и Природы, черная и желтая соответственно. Я же дал вам пневму – самую суть меня самого, ту суть, которая позволила мне с момента первой искры пробуждения создавать жизнь.

Всех кормят ложью. Ложью, чтобы вы были послушны. Ложью, чтобы вы были довольны и слабы.

Сегодняшний провал Кроны был достоин сожаления.

Ее жизнь была достойна сожаления.

Вся жизнь была одно сплошное сожаление.

Все те люди, которых ты убил. Ведь их тоже кто-то любил. И у них умирала душа, когда ты убивал их любимого или любимую, брата или мать – точно так же, как сейчас умирает твоя. Это смерть без смерти. Это пытка – столь же страшная, как и те истязания, которые ты творил собственными руками. Ты заставил мучиться и убил многих. И за это ответила твоя семья.

– Мы принимаем решения по жизни и совершаем действия, у которых есть последствия. Эти последствия сужают наш выбор. Время заставляет нас идти прямым путем на отрезке между прошлым там, где мы находимся сейчас. Этого уже не изменить.

– Но новые решения означают новые
последствия и новый
выбор, – мягко сказал он. – Мы никогда не останавливаемся на одном пути. Время также дает нам свободу воли. Она никогда не замораживает наше будущее.

Теперь она понимала, почему Знание предусматривает кару – почему так важно, чтобы новая информация и новые изобретения появлялись только в нужное время.

Если Тибо и знал что-то о себе еще с подросткового возраста, так только одно – он привлекателен. А в правильной компании красивое лицо и подтянутый живот были так же полезны, как кошелек, полный стоминутных склянок. Он приобрел множество секретов одним лишь взглядом.

Хороший варг – это варг, изолированный в банке, которая лежит на полке далеко и глубоко в подземных хранилищах Холма-каземата. В таком виде их можно безопасно перевозить и легко переносить – как консервы.

В конце концов, эти маски не просто так называют масками смерти. Дело не только в том, что никто не хотел отказываться от своих знаний, пока не покинет этот мир – последние шаги, как она теперь понимала, требовали
наличия трупа. Отмирающий разум высвобождал свои знания гораздо легче, чем живая ткань.

Это необходимо, чтобы обычные граждане не болтались в окрестностях и держались подальше отсюда,
сказала она себе. Страх иногда может быть полезен. Страх может защитить нас.

Они попали в это дерьмо вместе, и не стоит злиться друг на друга.

Татуировки были строго запрещены. Наносить себе увечья считалось омерзительным. Как ни странно, но наказанием за это служило дальнейшее нанесение увечий – удаление художеств с кожи.

– Ты избран богом, Луи. Вас таких немного, и вы должны быть благодарны за это.

– Не думаю, что истинные слуги богов когда-либо будут благодарны, – пробормотал он. – Религия – это не наслаждение. Вера – не безмятежность.

Вот значит, каково это – распускать нити своей жизни, следуя за ними. Чем больше я пытаюсь связать их в аккуратный управляемый узел, тем больше они растягиваются, истончаются и рвутся с сухим треском.

Когда она закончила, повязка напоминала дорогой высокий воротник, гладкая ткань переливалась молочно-белыми цветами. Но кровь всё равно просочилась и пятно напоминало распускающийся цветок. Его можно было принять за нарисованный на ткани узор, но цветок казался живым - постоянно увеличивался, рос, подпитывался кровью.