Атипичный пилигрим. Путь Сантьяго-де-Компостела

Сексуальная свобода принесла неожиданные эффекты: стало сложнее, а не проще. Раньше все было понятно: вы впервые обнялись, поцеловались - и вот вы уже чуть больше, чем просто друзья. И вы оба это чувствуете, одинаково, даже говорить ничего не нужно. А сейчас? Даже после секса нельзя быть уверенным, что между нами "что-то такое" происходит. Потерялась какая-то грань, символизм ушел, нет ничего постоянного. И самым близким, самым важным внезапно оказывается момент, когда вы пять минут молча смотрите друг другу в глаза. Но даже в этот миг трудно понять, испытывает ли партнёр то же самое, или это только иллюзия. Насколько равные вещи мы хотим сказать друг другу?

По-моему, отсутствие линейности и простоты - это скорее хорошо. Ты не знаешь, чего ждать от партнера, и тебе приходится волей-неволей нащупывать границы каждый раз с нуля. Не ясных ответов, нет заранее заготовленных шаблонов. Мы оба не знаем, зачем мы друг другу, и мы оба будем искать ту грань близости, на которой нам обоим будет комфортно остановиться. И это может быть не один и тот же уровень. Ты в моей судьбе можешь быть намного важнее, чем я для тебя, и это окей.

Мы все приходим в этот мир в одиночку и в одиночку его покидаем. По дороге у нас могут быть попутчики, но никто из них не способен полностью понять нас и погрузиться в нашу жизнь по-настоящему - ни те, кто имеют с нами очень жаркие романы, ни те, кто ощущается очень близко, ни те, кто живет много лет рядом. Ответ простой: вещи, равные по размеру, одна в другую не помещаются. Личность нельзя вложить в другую личность целиком. И это здорово.

Я порой задумываюсь, насколько наше ощущение важности отношений связано с тем, сколько собственного драгоценного "золотого порошка" мы в них вложили. Терпения, времени, усилий. Таланта. Со стороны кажется - просто разбитое сердце, брось, возьми другое. Но если его правильно склеить и заполировать, оно покажется тебе самым бесценным сокровищем. Еще бы. После нескольких лет стараний. Вопрос лишь в том, была ли ценна эта керамика до разлома. Клеить с помощью кинцуги ночные горшки - перевод продукта.

Плацебо работает в обе стороны. Ты действительно можешь исцелиться от молитвы шамана, сахарной пилюли или поцелуя любимой - если веришь. Но точно есть и обратная зависимость. Достаточно поверить, что ты ешь яд - и тело среагирует. Колбасу уже давно не делают из бумаги; на нее сертификатов надо больше, чем на выпуск ядерной боеголовки, а за мясо недостаточного качества проверка на мелкие лоскуты порвет всех, начиная с мясника и кончая продавцом. Но мы уверенно зарабатываем себе на них гастрит, потому что считаем, что "лакомимся вредненьким". Да, колбаса пряная и соленая; но тарификация ее как "вредненького" приводит к еще большему разладу с телом.

Это как измена. Нет ничего плохого в том, чтобы любить разный секс. Нет ничего плохого в том, чтобы иметь много партнеров. Даже иметь много партнеров и лгать об этом своему партнеру не так уж плохо, если только ты не лжешь самому близкому и самому любимому - себе. Если же ты искренне считаешь, что это гадость, порок, бохнакажет, нельзя, фу, плохой, плохой самец - и регулярно ловишь себя в чужой постели, вот это плохо. Это же полная шизофрения - делать то, что нельзя, оставаясь при мнении, что это правда нельзя. Приходится свои черные делишки прикрывать, оправдываться, перед самим собой заискивать, что, мол, это в последний раз, ну пожалуйста, ну давай не будем пока меня считать плохим - а внутри все равно плавает подлое ощущение, что мы-то знаем уже все про себя.

Ох, люди. Будьте просто честны сами с собой. Любите то, что делаете, раз не можете делать то, что любите.

Я не агитирую за вредную колбасу или тем более за вранье близким. Я про то, что жрать колбасу и любить ее нежно, и жрать колбасу и ненавидеть себя, и все равно жрать - это два разных состояния души. И одно из них напрямую ведет к психиатру, не минуя другие кабинеты.

Как в почившем питерском баре "Циник", где туалеты гендерно различались прибитыми к дверям мужскими и женскими трусами, и внутри было от руки написано послание Онегина Татьяне и наоборот. Задумалась: а ведь Татьяна из тихой счастливой мышки эволюционировала в несчастливую развитую княгиню благодаря силе своей любви. Как и Мартин Иден и масса других персонажей. Может, механизм влюбленности сейчас вообще заточен под создание супер-людей и должен мотивировать нас на неизбежное саморазвитие, а вовсе не на создание крепкой ячейки общества, которая не развалится под гнетом потомства?.. Да не, ну, бред, конечно.

- Знаешь, мне не нравится то, что в традиционном браке невозможна нормальная дружба. В паре оба должны хранить свои секреты. Пусть мелочи - старая любовь, новая внезапная привязанность, какие-то слишком нежные переписки. Еще не измена, но уже сложность. И выбор так себе. Либо ты эти тайны раскрываешь, и партнер в шоке; либо быть нечестным. Я хочу рядом с любимым человеком всю жизнь, поддерживая его, а не становясь тяжестью. Разделять его интересы - все его интересы, а не только те, что общество считает легальными. Человек, с которым я захочу жить вместе, для меня будет намного важнее, чем правила.

- Ты говоришь, как коммунистка. Хочешь упразднить семью?

- Коммунисты хотели сделать это насильно, так не выйдет. Это должно быть твоим желанием, чтобы твой любимый получал все самое лучшее. И если в это лучшее входит, например, флирт или секс с кем-то - почему нет? Зачем мне из-за этого страдать? Общество говорит: ненавидь того, кого ты любил, только за то, что он умеет любить не только тебя. Я не хочу ненавидеть.

- Ох, не представляю, как это возможно в реальности.

- Я тоже пока не представляю. Но пробовать-то никто не запретит. Надо хотя бы научиться говорить друг с другом. Ощутить, что ты на одной стороне с партнером, что вы не противники, но и не "одно целое" с одинаковыми желаниями. Это что-то про возможность видеть другую личность в своем партнере. У него могут быть свои интересы, своя жизнь. И вместе вы не от безысходности, не потому что никого другого нет. А потому что вместе вам хорошо.

- Джинджер, ты говоришь про какой-то невозможный мир. Ревность - это не диктатура со стороны общества, это естественная человеческая реакция. Так просто не бывает, чтобы женщина тебя спокойно отпускала к другой женщине и оставалась "на твоей стороне",

- Кожми, ну я же есть.

- А ты точно с этой планеты?

Что мешает быть таким ярким и счастливым прямо сейчас, не откладывая? Чаще всего - страх наказания. То самое послушание, которое вбивается нам в детстве, чтобы нас было удобнее делать незаметными дома и в школе, тяжело вытесняется потом взрослой самостоятельной моделью поведения. Мы легко считываем чужие ожидания, уготованные нам шаблоны, и подсознательно ждем наказания за их нарушение. Поэтому нам трудно отвечать грубостью на чью-то даже очень навязчивую заботу. Тяжело закончить отношения, которые себя исчерпали и приносят только боль. Трудно ответить "я не хочу" на неприятное приглашение, или сказать "приходи" человеку, который сам не инициирует общение. Трудно сопротивляться маньяку, ударить первым человека, даже если он откровенно заводит тебя в темное и страшное место.