Реннвинд. Поцелуй ночи

Если мы не видим чего-то, то это не значит, что этого нет.

Это нормально подвергать сомнению все то, что не доказано наукой, но это не значит, что этого не существует.

Я верю в половинки. У каждого из нас где-то есть человек, который предназначен именно нам. Наша идеальная пара. По одиночке вы потерянные люди, а когда вместе: бдыщ, пыщ, ба-бах! Все становится другим. Даже, если ты его больше ненавидишь, чем любишь. Только вместе вам так хорошо, как не бывает порознь.

Я ничего не знаю о правильных первых поцелуях. Какими они должны быть? Неуклюжими или страстными? Слюнявыми или аккуратными? Долгими или короткими, как вспышка? Какими?
Когда мы делали это с Бьорном во сне, все происходило как-то само собой – инстинктивно, и не было вот этого неловкого столкновения зубами и вжатия губ в губы. А тут – реальность, и она совсем не справедлива к новичкам.

– Это же Реннвинд, детка, – подмигивает парень, оборачиваясь, – труднее найти сигнал сотовой связи, чем дом, в котором поселилась новенькая!

Знаете, бывают такие парни, которых видишь и понимаешь: он не причинит тебе зла. Его одобрят родители, он понравится твоим друзьям, и к нему с легкостью пойдет на руки твой кот. Вот в таких и нужно влюбляться.
Жаль, сердце не всегда дружит с разумом.

Никогда прежде мне не приходилось сомневаться в том, что я чувствую. Печаль была печалью, радость – радостью. А теперь что? Какой-то пластилин в голове: сжимается, разжимается, тянется, становится воздухом, а затем горит огнем. И усидеть на месте невозможно!
А надо.

– Но я могу идти сама! Не лапай меня!
– Да пожалуйста. – Бьорн резко опускает руки.
И я практически валюсь ему под ноги.
– Ай! Можно понежнее?!
Поднимаюсь, отряхиваюсь.
– Секунду назад ты просила не лапать тебя, а теперь требуешь нежности! – Оглядывает меня свысока этот наглец. – Определись уже, Нея!