Несносное проклятье некроманта

— Ты думаешь только о себе!
«Умница-разумница моя, — усмехнулся демон. — Все думают о себе. И лишь я один думаю о себе и ещё немножечко о тебе!»

«Не нравится сковорода? Можно взять старую добрую форму для леденцов. Один смачный удар и… петушок на палочке!»
— Нет.
«Ладно. В таком случае у меня для тебя три слова: венчик для яиц!»
— Им нельзя никого убить.
«Тесса, моя маленькая несмышленая Тесса, поверь, убить можно чем угодно».

Двинутый-Данте так и не понял, что в конечном итоге можно украсть чьё-то имя, внешность и, возможно, даже чужую жизнь. Можно перенять чью-то мимику. Можно скопировать голос или жесты. Но не сердце.
Сердце никому не отнять.

Слушай, не хочу подвергать сомнениям глубину и богатство твоего здравого смысла… — в своей излюбленной манере начал Азра и хохотнул. — Ах нет! Я только что это сделал. Тесса, ты сбрендила?

— Эй, я прекрасно пою! — возмутился как-бы-эльф из чьего-то кошмара.
— Возможно, — не стала спорить собеседница, — но это не мешает тебе отвратительно фальшивить, принимая душ.

«Я буду жаловаться на них в профсоюз демонов».
— Его не существует.
«Тогда я создам профсоюз и буду в него жаловаться!»

«О, детка! — голос Азра был подобен колоколу, звонящему по нашему гонорару. — Мне всегда нравится, как слаженно мы с тобой работаем. Слажали и в этот раз».

Уже вижу его визитки: «Врач-некромант. Подниму на ноги любого!»

Вероятно, очухалась генетическая память поколений, где мужчины добывали мамонтов, а женщины сидели у очага и ломали извилины, как из меха, мяса и бивней сварганить восхитительное рагу, теплое одеяло, костыль для бабки и мотивационный скандал.

О, этот неловкий момент, когда ты с трудом балансируешь на подлокотнике дивана, вырывая одной рукой связку с сосисками, а другая занесена в воздухе, чтобы опустить карающий тапок на морду наглого зверя, а тут мужчина из твоих эротических кошмаров. Кошмаров, я сказала!