Цитаты из книги Нефритовый город

Ожидания – забавная штука. Когда они окружают тебя с рождения, ты восстаешь против них и борешься с ними. Когда же никто от тебя ничего не ожидает, тебе всю жизнь этого недостает.

– Люди – как лошади, Энди. Пальцы и Кулаки тоже. Любая старая кляча побежит, если ее стегать, но только с такой скоростью, чтобы избежать хлыста. А скаковые лошади бегут, потому что видят лошадей справа и слева и думают: «Вот уж нет, этим гадам меня не обогнать».

Возможно ли быть одновременно сильным лидером и сострадательным человеком, или это две противоположности?

Она была дурой, но, как ни печально, даже дураки цепляются за свою гордость.

А если кого-то любишь, по-настоящему любишь, то разве счастье этого человека не значит больше, чем собственная честь?

- Благосклонны ли к вам боги?

• Как обычно, со свойственным им садистским чувством юмора.

Для Зеленой Кости смерть не бывает неожиданной.

Шаэ опустилась в кресло напротив и положила ногу на ногу, обняв пальцами колено.

• Шелест умеет читать по облакам, - сказала она.

Судьба – она как встреча с тигром на дороге, лучше отвлечь внимание.

- А теперь вы Шелест, - сказал он будничным тоном, гл легкий изгиб губ выдал его ироничный настрой.

• А теперь я Шелест, - немного жестче произнесла Шаэ. Она знала, что Хами почует в ее ауре подлинное возмущение и досаду. - Предательство, убийство и война умеют нарушать планы.

Болтовня никогда не бывает просто болтовней.

- Поспрашивайте в округе. Узнайте, что случилось с Ги.

• А нам-то какое дело до Ги? - спросил Кен, но не из дерзости, а просто из любопытства. - Скатертью дорога. Одним нелегальным резчиком меньше. Нечего продавать нам нефрит слабакам и чужакам.
• Просто меня это беспокоит, - Хило потянулся за последним хрустящим шариком из кальмара. - Когда с улиц исчезают крысы, ничего хорошего не жди.

Он доверял господину Уню, но люди есть люди. Они всегда на стороне сильных.

– Клан – моя кровь, а Колосс – его повелитель. Клянусь своей честью, жизнью и нефритом.

Неправда, что мертвым все равно, решила Шаэ. Мы в долгу перед умершими.