Ее темное желание

Тех, кого любят, не предают.

- А чем отличаются желания от страхов? И те и другие овладевают твоим сердцем, заставляют его биться, делают так, что твои мысли крутятся вокруг них. И те и другие мешают тебе думать о чём-то ещё. Ты рассчитываешь, что Повелитель будет отличать одно от другого, если твоё собственное сердце не знает разницы?

Я никогда не замечала этого раньше. Не верила, что это можно увидеть — в выражении лица, в позе, во взгляде. Но сейчас я поняла: этот момент можно распознать и его ни с чем не спутаешь. Момент, когда разбивается сердце.

- Так, значит, ты и с этим знаком?
...

• С ненавистью? - он тихо рассмеялся. - Да, даже слишком хорошо. Будьте с этим осторожны. Это яд, но как он подействует, зависит от человека.

— Я не раз убеждалась: усталость становится сильнее всего, а вера в успех — слабее всего, когда цель почти достигнута.

Эти немийцы иногда казались ему такими странными. Они всегда были любопытны, но при этом обладали невероятной снисходительностью и терпением. Они ничего не прощали, но запрещали себе постоянно цепляться к тому, чего не могли простить. Они просто делали выводы и следовали им.

Человек может контролировать себя, может скрывать страх, и ярость, и печаль, и любовь, но облегчение — это единственное чувство, которое невозможно спрятать.

Маленькая карта, нарисованная углём, здесь, на стене этого притона, вызвала у меня чувство сожаления. Никто не должен вести такую жизнь, в которой он так и не раскроет свой истинный потенциал.

Повелитель равнодушно пожал плечами:
— Будь благодарна за этот выбор. У тебя он есть.

«Удивительно, — подумала я, — люди считают время значимым лишь тогда, когда его у них оказывается слишком мало или слишком много».