А может, это весь мир стал стрёмным. Или, наоборот, один только Саня. Психологша говорила ему
что-то такое про возраст (он не вникал, но «заброшенность в мир» осела в голове). Стрёмными были одни и те же лица на билбордах, и кричалки, и обязательный гимн перед уроками, и люди в метро, которые не давали выйти, если ты последний, и присесть тоже не давали — вон ветераны щас обязательно зайдут, расселся тут, прямо как не наш, чтоб тебя.
И еще — люди-манекены.
Ваша оценка