Małe sekrety

Надежда жива до тех пор, пока ты надеешься. Она - и благословение, и проклятие.

Непостижимо, как любовь и ненависть могут существовать одновременно, переплетаясь и запутываясь, мучительно сбивая с толку...

Интересно наблюдать за обманщиком, зная, что он лжёт. Лёгкие подёргивания лицевых мышц, слабый зрительный контакт, небольшие вибрации различных частей тела. Такие детали трудно даже заметить, если не знать, что человек лжёт. О таких деталях ты даже не подумаешь, если доверяешь человеку, полагая, что тот говорит тебе только правду. Ведь предполагается, что любящие люди не врут друг другу.

...каждый человек является результатом множества влияний, сформировавших его характер.

Настоящий друг заедает стресс с тобой, даже несмотря на то, что его стрессовая ситуация не затронула.

Любовь непредсказуема, любовь причиняет боль. Доверие же безотказно, надёжно и прочно.

Если вас не постигло несчастье предательства, то вы не в силах постичь его во всей полноте.

... иногда с оставшимися без ответа вопросами легче жить, чем с правдой.

Пути мироздания порой забавно неисповедимы.

Надежда жива до тех пор, пока ты надеешься. Она - и благословение, и проклятие. Иногда только надеждой и живёшь. Она заставляет продолжать держаться, даже когда держаться практически не за что.
Но надежда может быть ужасной. Она заставляет желать и ждать, мечтать о том, что никогда не произойдёт в реальности. Это как стеклянная стена между тем, где ты находишься и где ты хочешь быть. Вы можете видеть желанную вам жизнь, но не можете жить в ней. Точно рыба в аквариуме.

Не бывает так, чтобы из-за одного хорошего события все остальное вдруг также улучшилось и — аллилуйя — все твои дерьмовые дни остались позади.

Если хочешь знать, то, по-моему, любовь переоценивают. К дьяволу любовь. Мы должны быть с теми, кто нам нравится. И кому можем доверять.

Марин привыкла к тому, что никому не нравилось произносить слово «самоубийство». Люди стремятся использовать любые другие слова, какие только смогут придумать, лишь бы не произносить это слово.

…- Знаешь, каково это, иметь ребенка? - спросила однажды мать, когда Кензи было восемь лет. Она тогда просила отпустить ее переночевать в дом своей лучшей подруги. - Представь, что твое сердце уходит из дома на двух ногах, уязвимое и незащищенное. Адски страшно.

Послушай, ты ведь еле дышишь, называя это жизнью… (Мэри Оливер)

Такова теперь ее жизнь. Она состояла из хороших моментов, ужасных моментов, а между ними было бесчувственное оцепенение.

- Знаешь, какого это, иметь ребенка? Представьте, что твое сердце уходит и дома на двух ногах, уязвимое и незащищенное. Адски страшно.

Нельзя ведь угрожать человеку адом, если он уже живет в нем.

Иногда с оставшимися без ответа вопросами легче жить, чем с правдой.

Она знала по опыту, что люди не способны долго терпеть сильную эмоциональную боль - со временем чувства начинают притупляться.