Женщина – не мужчина

Лучшими друзьями Исры стали книги. Она ныряла в них – и все тревоги отступали. В мгновение ока прежний мир прекращал существовать, а вместо него стремительно пробуждался к жизни новый. Она чувствовала, что и сама оживает, словно распахивается что-то внутри. Что там могло распахиваться? Исра понятия не имела. Но ее переполняло желание броситься этому чему-то навстречу.

– У нас дома мужья постоянно колотят жен. Если бы женщина вызывала полицию всякий раз, когда ее побьет муж, все наши мужчины давно бы сидели в тюрьме.
– Так может, туда им и дорога?

Моей броней были книги. Все, что я узнала в детстве, все мои мысли, мечты, стремления, впечатления – все это из книг. Я словно пожинала знания со страниц и запасала на случай, если они пригодятся мне в жизни.

На углу валялся пустой стакан из-под кофе – бело-синяя картонка растоптана и заляпана грязью. На ней еще читалась золотая надпись – «Рады вам служить!». Дейа вздохнула. Вряд ли эту фразу придумал мужчина. Скорее всего, ее породила женщина.

– Настоящий выбор – он не на условиях. Настоящий выбор – это про свободу.


Выбор есть всегда. Все в твоей власти

Если можешь быть птицей, зачем становиться женщиной?

Страх помогает разобраться с приоритетами.

Внимания достойны лишь те вещи, на которые ты в силах повлиять.

Я, может, многого в жизни не понимаю, но в одном уверена :чтобы жить дальше, прошлое надо оставить позади.

В бессилии было даже что то успокоительное. Уверенность, что ничего нельзя изменить, что выбора нет, делала жизнь более сносной.

ее жизнь принадлежит только ей, и только она вправе ею распоряжаться.

– Но говорят, если находишь свою пару, сразу это чувствуешь…
– Если речь об обуви – может быть

Исра с малых лет усвоила, что послушание – единственный способ завоевать любовь.

Сыновья помогали ему возделывать поля и зарабатывать на жизнь, и именно им предстояло передать по наследству родовое имя. А дочь – залетная гостья, которая должна тихо сидеть и ждать, когда другой мужчина взвалит ее, а заодно и все обязанности по ее содержанию себе на шею.

От рождения [...] у меня не было голоса. Все молчали об этой моей особенности. Много лет я даже не подозревала о своей немоте, пока однажды не открыла рот, намереваясь сказать о своих желаниях, – и не осознала, что меня никто не слышит.

Счастье слишком часто означает, что ты сидишь сложа руки, боишься рисковать. В счастье не обретаются новые умения, не закаляется характер. Революции не вершаться там, где всё счастливы.

Какой смысл жить, если ты - сгусток одиночества вокруг пустого сердца?

Ей неведомо, как чувство вины разрастается, меняет личины и гложет человека, пока не наступает миг, когда тащить его в одиночку становится невмоготу и приходится перекладывать на кого-то другого.

Не обязательно быть женщиной и даже иммигрантом, чтобы почувствовать, каково это - когда ты всюду чужой.

Мы все одна семья. Можно и без церемоний обойтись. Если бы мы благодарили друг друга за каждую мелочь, у нас бы до дела и руки не доходили.