Harry Potter and the Deathly Hallows

— Узнаёшь ли ты нашу гостью, Северус? — спросил Волдеморт.

Снейп поднял глаза на перевёрнутое лицо. Все Пожиратели Смерти теперь смотрели на пленницу, как будто получили разрешение проявить любопытство. Как только она повернулась лицом к камину, женщина надтреснутым, полным ужаса голосом произнесла:

• Северус! Помогите мне!

  — Ах, да, — спокойно сказал Снейп, а пленница тем временем вновь отвернулась от него.

  — А ты, Драко? — спросил Волдеморт, поглаживая голову змеи свободной рукой. Драко нервно мотнул головой. Теперь, когда женщина очнулась, он, казалось, больше не в силах был смотреть на неё.

  — Северус… Пожалуйста… Прошу вас…

  — Тихо, — сказал Волдеморт, ещё раз взмахнув палочкой Малфоя, и Чарити замолчала.

  На этот раз никто не засмеялся. В голосе Волдеморта были отчетливо слышны гнев и презрение. В третий раз Чарити Бёрбидж повернулась лицом к Снейпу. Слёзы из её глаз стекали в волосы. Снейп смотрел на неё совершенно бесстрастно, и она вновь медленно отвернулась от него.

  — Авада Кедавра.

  Вспышка зелёного света осветила каждый уголок комнаты. Чарити с гулким грохотом упала на стол, который задрожал и заскрипел. Несколько Пожирателей подскочили и отпрянули назад в креслах. Драко и вовсе свалился на пол.

  — Кушать подано, Нагини, — мягко сказал Волдеморт, и огромная змея, качнувшись, сползла с его плеч на полированную деревянную поверхность стола.

— Повелитель! — произнес тоскливый хриплый голос.
Он обернулся: в самом темном углу сидел Люциус Малфой, в лохмотьях, со страшными следами наказания за последний побег мальчишки. Один глаз у него заплыл и не открывался.
— Повелитель! Умоляю… Мой сын…
— Если твой сын погиб, я в этом не виноват, Люциус. Он не явился ко мне с другими слизеринцами. Может быть, он переметнулся к Гарри Поттеру?
— Нет… никогда в жизни… — прошептал Малфой.
— Да, для тебя было бы лучше, если это не так.
— А вы… вы не боитесь, повелитель, что Поттер может погибнуть не от вашей руки? — Голос Малфоя дрожал. — Может быть… простите меня… может быть, стоило бы остановить битву… чтобы вы наведались в замок и отыскали его сами?
— Не пытайся обманывать меня, Люциус. Ты хочешь остановить битву, чтобы узнать, что там с твоим сыном.

Лица Гарри коснулись руки — неожиданно мягкие; они приподняли ему веко, потом скользнули под рубашку, отыскивая сердце. Он слышал частое дыхание женщины, ее длинные волосы щекотали ему лицо. Он знал, что она слышит упорное биение жизни о его ребра.
— Драко жив? Он в замке?
Еле слышный шепот в дюйме от его уха. Длинные волосы спустились ему на лицо, закрывая его от Посторонних взглядов.
— Да, — выдохнул он.
Он почувствовал, как сжалась рука на его груди. Ее ногти впились ему в кожу. Потом рука убралась. Женщина выпрямилась.
— Он мертв! — громко объявила Нарцисса Малфой.
Гарри, по-прежнему притворявшийся мертвым, понял, в чем дело. Нарцисса знала, что только в составе штурмующей армии она сможет попасть в замок на поиски сына. Ей было теперь все равно, победил Волан-де-Морт или нет.