Цитаты из книги Святой папочка

Я уже и забыла, как остро осень затачивает свои карандаши – простые и разноцветные.

Она долго боролась с интернетом, но в конце концов решила сдаться и упасть в его объятия - где, как не там, можно найти массу увлекательных историй о людях, которые умерли ужасной смертью!

Ты в курсе, что перед свадьбой твой отец позвал меня во двор и сказал, что ты чокнутая, и мне придется заботиться о тебе до конца жизни - спрашивает меня Джейсон.

Форма – это судьба: дождю суждено лить, снегу – собираться в сугробы, стихам – в сборники, а мне – в стихи.

Революция – тоже своего рода традиция, которую нужно поддерживать.

- В общем, семинарист – это тот кто учится быть священником.
- А где этому учат? В какой-то школе волшебников?
- Да нет, не волшебников. В обычной школе, но они там тоже днями напролет изучают силы добра и зла.
- Говорю же, школа для волшебников, - бурчит он себе под нос.

Связи, выкованные в горниле пошлости и абсурда, воистину крепки

Женское тело всегда стоит на окраине города, на границе цивилизации. Лишь тонкая накидка отделяет ее от дикой природы. Часть ее существа хорошо помнит, какова жизнь в лесах. Поэтому Ведьма, поэтому Шлюха, поэтому Несчастная и Нечистая. Любые попытки обуздать женское тело – заранее провальное дело, ведь эта стихия неуправляема.

Вот он – дом. Что такое «дом»? Концентрат определенных вещей, которые могут существовать лишь в определенном месте и при определенных обстоятельствах? Срез между жестким и мягким, сгусток привычки, в котором приятно лежать, свернувшись клубочком? Или это просто ощущение?

Все отцы верят, что они – Боги, и я считала само собой разумеющимся, что мой отец верил в это как-то особенно сильно.

По-настоящему плохие люди всегда рано или поздно обращаются к христианству

«Так ведь эти истоки в нас самих, мы – источники этого милосердия; она лишь показывает нам язвы этого мира, а саднят и кровоточат они уже внутри нас».

Мог же Господь создать такого большого придурка, что и сам в итоге не знал, на что будет способно его создание?