Цитаты из книги The Truly Complete Collection

Le mauvais gout mene au crime - Дурной тон ведёт к преступлению.

- Как просто!
- В том-то и дело, что простое объяснение всегда приходит в голову в последнюю очередь.

Человек с сильным характером может писать очень неразборчиво, но высокие буквы у него действительно высокие.

Я не ищу славы. Когда мне удается распутать дело, мое имя не фигурирует в газетах. Я вижу высшую награду в самой работе, в возможности применить на практике мой метод.

Чем бессмысленнее и смешнее инцидент, тем тщательнее следует его анализировать, и то обстоятельство, которое как будто усложняет дело, оказывается самым пригодным для его разъяснения, только нужно его должным образом и научно расследовать.

Некоторые люди, не обладая сами гением, имеют замечательную способность вызывать его в других.

Свет полон очевидностей, которых никто не замечает.

Я был ближе к нему, чем кто либо другой, однако всегда сознавал,какая пропасть отделяет нас друг от друга

Любезность некоторых людей более смертоносна, чем агрессия более грубых существ

Важно наказывать преступников, но ещё важнее предотвращать преступления

A study in scarlet, eh? Why shouldn't we use a little art jargon. There's the scarlet thread of murder running through the colourless skein of life, and our duty is to unravel it, and isolate it, and expose every inch of it.

- Да, - сказал Лестрейд, - много раз убеждался я в ваших необычайных способностях, мистер Холмс, но такого мастерства мне ещё встречать не приходилось. Мы в Скотленд-Ярде не завидуем вам. Нет, сэр. Мы вами гордимся. И если вы завтра придёте туда, все, начиная от самого опытного инспектора и кончая юнцом констеблем, с радостью пожмут вашу руку.

Мы можем благодарить свою счастливую судьбу, что она на несколько часов избавила нас от невыносимой тягости безделья.

-У вас есть какое-то интересное дело? -О нет, мистер Холмс, ничего интересного! -В таком случае рассказывайте. Лестрейд рассмеялся: -От вас ничего не скроешь, мистер Холмс.

ЧЕЛОВЕК-САМ ТВОРЕЦ СВОЕЙ СЛАВЫ

Вечером на нас пахнуло бодрящим, холодным воздухом графства Дерби, где находилась знаменитая школа доктора Хакстейбла. Когда мы подъезжали к ней, было уже темно. На столе в передней лежала визитная карточка. Лакей шепнул что-то директору, и тот, взволнованный, повернулся к нам.

Сумерки сгустились, и луна уже ярко сияла в небе, когда я кончил свой рассказ.

She was as loving a wife as a man could have—to all appearance absolutely devoted.