The Coming of the Fairies - Illustrated from Photographs

При чтении этой книги мне часто вспоминалась другая книга – «Джонатан Стрэндж и мистер Норрелл», где были в комичном виде описаны сообщества серьёзных уважаемых джентльменов, которые посвящают свою жизнь изучению магии. Хотя при этом сами колдовать не умеют и магии настоящей никогда не видели, да и не хотят видеть – ведь у них есть книги других серьёзных джентльменов, которые рассуждают о рассуждениях о магии третьих серьёзных джентльменов, достаточно старых, чтобы переплюнуть в уважаемости и серьёзности первые два уровня.

Тогда я просто улыбнулась этому как условности жанра фэнтези. Однако закопавшись в «Пришествие фей», в мистификацию, которой посвящена эта книга, и заглянув в выдержки из ей подобных, я убедилась, что Кларк не очень-то далеко отошла от реальности.

Во времена Дойла серьёзные дядьки, учёные, профессора, хирурги, адвокаты, благородные матроны и вполне разумные девушки на полном серьёзе и с научной, как они считали, точки зрения обсуждали чем немецкие феи отличаются от британских. Писали об этом целые трактаты, выезжали на природу, чтобы застать там гномов и пикси, спорили друг с другом о том, как преломляется свет, проходя через фейские тушки, отчего они на фотографиях выглядят не так объёмно, как люди…

Собственно, эта книга - «Пришествие фей» - часть такого спора. Сборник статей Артура Конана Дойла, в которых он доказывает, что две девочки из Коттингли действительно сняли фей на камеру.

Современный читатель, едва взглянув на эти фотографии, сразу же распознает в них подделку. Но в те далёкие времена фотошопа не существовало, и доверие к камере не было подорвано. Так что люди на полном серьёзе утверждали, что феи выглядят плоскими из-за их не совсем материальной структуры. Что девочки сказали правду, ведь если бы соврали, то давно бы уже проговорились об этом, ведь дети не умеют так долго хранить секреты. Что известный экстрасенс был в той деревне и тоже видел фей, так что фотографии настоящие…

Не менее интересна и статья-послесловие, написанная уже в наши дни и пытающаяся объяснить, почему же образованные люди с таким упорством пытались доказать друг другу и себе, что сказки реальны. Занятно было почитать о заблуждениях вековой давности.

Дорогой издатель! Эту рецензию я хочу начать с обращения к Вам, потому что я обнаружила за почти сотню страниц до конца, что книга закончилась, а дальше послесловие и примечание. Чувство моей скорби и досады невозможно передать цензурными словами - да и нецензурными тоже. Я рассчитывала провести с феями еще хотя бы час, а Вы лишили меня этих надежд! В целом же, пользуясь случаем, передаю благодарность издательству, потому что издание великолепно. И за перевод, конечно же, спасибо - он очень хорош. Я слабовато знакома с фольклором Англии, касающимся фей и прочих волшебных созданий, а тут такой подарок для всех любителей околодокументальной фольклорной литературы. Познавательно, интересно, местами моралистично - особенно когда автор прямо говорит, что надо раскрыть глаза и не быть такими надутыми индюками, полагающими, что они исследовали весь мир и им все известно. Известно же на самом деле преступно мало, а потребность закрывать глаза развита сильно, как, впрочем, и боязнь поверить в то, что чудеса случаются. Феи и неверие - вот главные темы этой чудесной книги с картинками.

Эта книга стоила Конан Дойлю дружбы и уважения многих людей. Из аннотации

До чего гнилым должно быть общество, чтобы в порыве высокомерия отвернуться от человека, убежденно уверовавшего в чудо? В данном случае неважно, насколько этот человек успел заслужить уважение своими предыдущими трудами и работами. И мы ни в коем случае не говорим о том, что должна была иметь место жалость - дескать, переживший многие личные несчастья пожилой писатель вдруг напридумывал себе чего-то, давайте его пожалеем и не будем смотреть на его игры свысока. Дело Конан Дойля, представленное в этой его книжки, вовсе не заслуживает жалости; да, не жалости, но - уважения. Потому что потрясающей смелостью должен обладать человек, готовый с высоты своего положения и регалий опуститься в глазах общества на множество ступеней ниже, заявив: "Я верю!"

Сразу оговоримся, чтобы случайному читателю были ясны некоторые взгляды автора данного маленького текста: этот самый автор склонен верить во все сверхъестественное, сведения о чем когда-либо поступали из заслуживающих и не заслуживающих доверия источников. Потому что если предположить, а после принять за непреложную истину, что мир наш зиждется исключительно на рационально объяснимых законах, явлениях, ect., ect., то (и в этом автор совершенно уверен) станет очень грустно и скучно. Потому что мир, лишенный чудесного и необъяснимого - это просто-напросто неинтересно.

Сэр Артур Конан Дойль, благодаря своему самому известному герою в читательском восприятии многих людей в первую очередь связанный с абсолютно рациональным взглядом на мир, сам был склонен к иррациональному: будь то спиритуалистские искания, теософские концепции или образы древнего фольклора - все это чрезвычайно тянуло его, и эти увлечения нашли отражение в маленькой книжечке, посвященной одному известному случаю, в наше время уже практически однозначно расцениваемому как мистификация. Узнав о двух необычных фотографиях, будто бы запечатлевших представителей маленького народца, он с неистовым энтузиазмом бросился расследовать этот случай, а затем столь же неистово - доказывать истинность этого случая. И неужели его поступок заслуживает порицания?

Фанатики от науки, склонные отрицать нерациональную природу любого явления, могут сколь угодно долго доказывать, что подобная убежденность губительна, что на любое человеческое заблуждение найдутся подонки, решившие на нем заработать, что суеверия - абсолютное зло, тянущее нас обратно в средневековье. Ответим им одним малозначительным фактом, который мы никак пояснять не будем, оставив его исключительно как маленькую ремарку. Книжка "Пришествие фей" писалась в то время, когда в Европе только-только затихало эхо Первой Мировой и за несколько лет до Второй. Оставим этот факт здесь и перейдем к патетическому заключению.

Эпоха Реформации, подарившая нам понятие о правах человека, занималась в том числе и яростным искоренением разнообразных "суеверий", Однако кажется иногда, что одним из важнейших прав человека является право на чудо.