我不是潘金莲

когда делаешь шаг назад, обзор становится шире

в разговоре с начальством ты отмечаешь бездарность своих подчиненных, это равносильно признанию, что сам ты тоже бездарь.

понимающему человеку можно что-то доказывать, а если напоролся на дурака, он все равно останется при своем мнении

Убивать нельзя. Иначе с убитым уже не разведешься.

в этом мире спасти себя можешь только ты сам

Проблема остается простой, пока ты не обращаешься в суд, но если ты уже встал на путь разбирательства, то твое дело становится все более и более запутанным.

Когда тебя дурачат другие, не так обидно, обиднее, когда ты попадаешь в свою собственную ловушку.

Как говорится, сторожили осла, а украли столбик, к которому тот привязан.

в доме будь беден, а в дороге – богат

если вышестоящий начинает цепляться к словам подчиненного, это все равно что у змеи отбивают половину туловища

В школьные годы Ли Сюэлянь и Мэн Лянчжи, нельзя было назвать близкими подругами. Более того, они враждовали, поскольку влюбились в одного и того же одноклассника. Сам он не питал симпатий ни к Мэн Лянчжи ни к Ли Сюэлянь, выбрав себе другую девушку, которая была на два года старше их. Поплакавшись друг другу, Ли Сюэлянь и Мэн Лянчжи стали подругами не разлей вода.

- Раньше я не всё понимала, а теперь прозрела.
Ван Гундао ударил рука об руку.

• Чем больше ты об этом говоришь, тем неспокойнее у меня на душе.

Как правило, все видели вора за его занятием, а вот кто видел его пойманным?

Когда душа свободна, всё в радость, а когда ищешь человека, в голове сплошные заботы.

Когда целая свора желающих борется за одну-единственную кость, непременно возникает неразбериха.

Если вы не доверяете людям, то как можно требовать обратного?

Я вот что тебе скажу, таких ублюдков не убивать нужно, а гнобить. Он ведь на другой женился? Так надо ему такой ад наяву устроить, чтобы он ни умереть, ни жить не смог, вот тогда ты отведешь душу.

Похоже, убить человека бывает легче, чем сначала найти его

в Цинь Юйхэ сто восемьдесят пять сантиметров роста, он здоровый мужик, и если дело все-таки дойдет до убийства, Ли Сюэлянь одна вряд ли справится. Когда она выходила за него замуж, его параметры выглядели привлекательно, говоря о недюжинной силе. Но зато теперь, когда она решила его убить, былые достоинства обернулись недостатками.

При большой скорости он начинал волноваться, замахивался и давал водителю затрещину:
– Мать твою, у тебя что, отец помер, куда так несешься, словно на похороны?
Если же ехали медленно, он тоже проявлял недовольство, и снова давал водителю затрещину:
– Мать твою, ты что, отца своего везешь? Нормальную машину ведешь точно ослиную упряжку.