Ваша оценка«Дневник» всемирно известного прозаика и драматурга Витольда Гомбровича (1904–1969) — выдающееся произведение польской литературы XX века. Гомбрович — и автор, и герой «Дневника»: он сражается со своими личными проблемами как с проблемами мировыми; он — философствующее Ego, определяющее свое место среди других «я»; он — погружённое в мир вещей физическое бытие, терпящее боль, снедаемое страстями.
Как сохранить в себе творца, подобие Божие, избежав плена форм, заготовленных обществом? Как оста...
Жанры
Рейтинг LiveLib
4,3
28 оценок
- 554%
- 432%
- 314%
- 20%
- 10%
Ваша оценкаПрочитали 36Хотят прочитать 316
Рецензии
Unikko8 августа 2014 г.Читать далееНо с другой стороны…
Как портрет-гештальт, «Дневник» представляет собой множественное изображение, которое может быть интерпретировано и осмысленно по-разному. Строгий и требовательный читатель решит, что герой «Дневника» человек высокомерный, язвительный, заносчивый, болезненно самолюбивый, завистливый, обидчивый, грубый. Но с другой стороны, благожелательно настроенный читатель найдёт героя умным, проницательным, аристократичным, ироничным, восприимчивым, прямолинейным, ранимым, а трудный характер объяснит «недоброжелательной семейной атмосферой». Слова-слова-слова. Герой «Дневника» не терпел ни брани, ни восхвалений. Ни эмоциональных, суетливых отзывов, ни бесстрастного рационального анализа. Он жаждал искренности.Из содержания: «созидание себя на глазах у публики». О писателях – Монтень, Рабле, Достоевский, Пруст, Сартр, Камю и пр., а также огромный список польских сочинителей. О Красоте, её не существует. Молодость и Зрелость. Искусство и критика – литературный манифест отвергнутого. А также будни писателя в эмиграции, культурная жизнь Аргентины, путевые заметки, письма читателей. Спасибо, что были с нами.
эвфемизм для слова «старость», оно стесняетПротест против стереотипов и привычек восприятия, давления авторитетов, трафаретного мышления и шаблонных поступков. Ради свободы. Но как её достичь, когда каждый человек является «продуктом» своего времени и места – культуры, нации, социального положения etc? Как сорвать маску, чтобы «убежать с мордой в руках» (сделаться свободным, по Гомбровичу)? Один из методов заключается в следующем: взять общепризнанный культурный шедевр или гениального творца - Баха, «Божественную комедию», художественный музей, «новый французский роман» - и уничтожить его до основания, но обязательно «умно», со знанием дела, чтобы читатель не мог сказать «да он просто невежда и ничего не понимает». Зачем? Чтобы разозлить, взбесить читателя, спровоцировать. А это зачем? Только так читатель может обнаружить себя, свои истинные мысли и чувства. Потому что простецкое, бездумное уважение к серьёзному и «высокому» оглупляет. Фанатичная борьба с фанатизмом? Не исключено. L’esprit de contradiction: когда приходится быть атеистом в обществе верующих и верующим в кругу атеистов? Возможно. Здесь как в старые времена: пришлось стать шутом, чтобы иметь возможность говорить правду.
Неудобный писатель. Против течения. Провоцирует, задирает читателя, напрашивается на драку – и всё, чтобы сорвать маску и обнаружить под ней другую. Не уверена, что дружба рождается из вражды, добродетель - из греха, а величие из низости. По крайней мере, это не единственный путь, и даже не самый короткий. Но герой выбирает его ради высокой цели – ради творчества. Разрушение необходимо ему, чтобы открыть новый путь, обрести собственную действительность: «я должен быть оригинальным!» Но с другой стороны, «желание быть оригинальным — это тоже подражание».
«Чем мудрёнее, тем глупее» - такова главная проблема современности, по мнению героя «Дневника». «Взгляните на все торжества интеллекта; все его концепции! Открытия! Перспективы! Тонкости! Публикации! Конгрессы! Дискуссии! Институты! Университеты! А тем не менее — глупо». Обычное дело: профессор философии, который не прочёл «Критику чистого разума», специалист по творчеству Джойса, предпочитающий бульварные детективы, дирижёр симфонического оркестра, чья любимая музыка - рок. Только никто не признается «в слабости». А ещё больше героя раздражает псевдоинтеллектуальная публика с её снобистским идолопоклонством Высокому искусству, которое она совершенно не понимает и даже не пытается понять, но этим-надо-восхищаться; выставки, музеи, концерты, литературные клубы, заумные разговоры - ведь это так высокоинтеллектуально. Как там было у Гессе?
Люди слушали доклады о писателях, чьих произведений они никогда не читали и не собирались читать, смотрели картинки, попутно показываемые с помощью проекционного фонаря, и так же, как при чтении газетного фельетона, пробирались через море отдельных сведений, лишённых смысла в своей отрывочности и разрозненности. Короче говоря, уже приближалась ужасная девальвация слова...Неприятие глупости - это понятно и достойно уважения, но подобное негодование плодотворно не более чем негодование против урагана или зимней стужи. «Глупость можно искоренить настойчивыми усилиями разума». Глупость искоренить нельзя.
Ну, и кто же он, герой «Дневника»? Экзистенциалист, потому что пишет о свободе? Сюрреалист, потому что его цель - борьба и разрушение? Постмодернист, потому что это - экспериментальная проза? Человек эпохи античности? Ярлыки не нужны. Он разный, изменчивый, неустойчивый… свободный, вольный, живой. Удивительным эффектом обладает «Дневник»: он не заканчивается с последней страницей, а как будто продолжается в каждом читателе, а значит, герой ещё и вечный.
…«Он жаждал искренности». Могла написать. О себе. Не написала.
341,1K
Kustikov2 февраля 2013 г.Читать далееКаждая книга обладает свойством оставлять отпечаток в сознании человека. Одни впиваются в тебя навечно, другие задерживаться не смеют, прямо как люди! С "Дневником" же моя история сложилась по-другому!
Книга, со всеми почестями и хвалами была вручена на мое 25-летие лучшим Другом, уже изучившим "Дневник" в свой первый раз, ещё за несколько месяцев до торжественного момента. А между тем, почти каждая наша встреча, каждый разговор и его взгляд, взгляд, взгляд: кричали— "Прочитай"! Кричали, чтобы я обзавелся "Дневником", умоляли, просили! Но я предпочел выжидать, потому что чувствовал свою неготовность к такому серьезному "заплыву"! Друг тем временем от прочитанного пробывал в восторге, экзистенциальной эйфории и одновременно в бунте,в бунте против людской глупости. Я выжидал! Но вот наступила середина декабря, и этот момент настал— книга у меня! Красивая и упитанная!Декабрь.2012.
День 1.Я.Передо мной. Витольд Гомбрович. Дневник.
День 2.Я.Передо мной. Витольд Гомбрович. Дневник.
День 3.Я.Передо мной. Витольд Гомбрович. Дневник.
День 4.Я.Передо мной. Витольд Гомбрович. Дневник.
День 5.Я.Передо мной. Витольд Гомбрович. Дневник.
День 6.............."Дневник" - айсберг! Не подпускает к себе. Ледяной холод страниц обжигает пальцы, глаза щиплет забористый ветер. Грохот бьющихся друг об друга льдин! Эхо усиливает грозное звучание! Страх.!Что-то не подпускает меня, пальцы судорожно трогают страницы, текст убегает, зрение и сознание подводят, словно они не мои! Не зря Мариуш Вильк в предисловии упоминает об общих чертах формы "Дневника" с чем-то от Индейцев Майи.
Древнее! Мистическое! Потустороннее!День 18.Я.Передо мной. Витольд Гомбрович. Дневник.
Вуаля!
Мы принюхались друг к другу. Но моё "Я" не подпускает ближе, держится на расстоянии!
Споры, борьба, ругань— резкая смена настроений— идиллия, согласие, дружба!
— Неужели? — Иллюзия? — Блеф? — Правда?— Нет!!!
Является другой Гомбрович, а тот, которому ты уже практически пожал руку— испарился, исчез, пропал. В бездну! Приходит тот, с которым хочеться ссоры! Ненависть!? Скандал!? Не доходит разве что до мордобоя, но и до него недалеко!
Сотни, тысячи, миллионы Гомбровичей! Повсюду! Сумасшествие!
Ни один литератор не доводил меня до такого состояния!
А в результате:Трансцендентальная гроза прогремела в моём сознании, в квинтэссенциальных пространствах произошел взрыв. Электрический ураган прополз по всем молекулам и порам, по самым тайнам улочкам и проспектам моего внутреннего "Я". Белые молнии с треском переплились друг с другом, энергия вывалилась за горизонты, кровь моего тела вытекла и втекла обратно. Шок! Метафизический шок!
Ну что же, мне 25 и я счастлив, что испытал такое! Мир моего Гомбровича—зеркала: круглые, прямые, овальные, кривые, разбитые— разные! Где-то среди них моё "Я", а вокруг Гомбровичи, дергающие меня за хвост моей молодости.
12719
Shoxmeli27 июня 2019 г.Книга, к которой я обязательно еще вернусь.
Скажу честно, "Дневник" оказался мне не по зубам, и не потому что книга плоха, нет, книга великолепна, но до конца я ее не поняла и не ощутила. Обязательно перечитаю через какое-то время, что со мной бывает редко. Я для себя как-то сразу делю книги на "зашло" и "не зашло". Но с личными дневниками такое деление не всегда работает. Гамбрович так глубоко копает психологические проблемы, в такие глубины своего сознания уходит, что дух захватывает.
6837
Цитаты
DavidBadalyan23 мая 2022 г.искусство нас восхищает лишь до определенной степени, а те наслаждения, которыми оно нас дарит, совсем не очевидны... Да разве может быть иначе, если общение с большим искусством — это мучительное, трудное общение со зрелыми, влиятельными людьми и встреча с сильными чувствами? Нет, мы не наслаждаемся, а скорее пытаемся наслаждаться... и не понимаем... а лишь стараемся понять...
14412- Unikko4 сентября 2014 г.
Я считаю, что несерьезная литература пытается решить проблемы экзистенции, существования. Серьезная литература ставит их. Проблем экзистенции не одолеет один человек — они решаются (если решаются) в человечестве.
Серьезная литература не для того, чтобы облегчать жизнь, а для того, чтобы осложнять ее.14812
Подборки с этой книгой
Хочу на обмен
- 543 книги
Бумажные книги
- 2 472 книги
Библиотека Трактира "Чердак".
- 4 710 книг
ЭБ
- 7 881 книга
Non-Fiction book-list
- 92 книги
Другие издания
