Цитаты из книги Чума

... изгнали поэзию. Поэзия нуждается в таинственности, в неожиданном, в неотразимом, в мощных, полузверских порывах души человека, полного жизненных сил. А вы все это разрушили, отняли, уничтожили.

— Победы науки, — бормотал он, — победы науки! Дорого они обходятся человечеству эти победы. Вот вы насочинили всяких сывороток против болезней, — а разве люди стали от этого здоровы? По-прежнему болеют и мрут. Только раньше умирали от Божьего гнева, от каких-то таинственных, могучих сил, и это было величественно и прекрасно, а теперь умирают от бактерий, что пошло и глупо.

Ведь все что дается слишком легко, не доставляет радости. А теперь все дается слишком легко.

А кто уничтожил колдовство и религию? Вы, доктора, со своею наукою. Вы и Богу и черту дали мат — а из-за чего? Только в угоду своему самолюбию, а не для человеческого счастья, потому что человечество без Бога несчастно, а без черта еще несчастнее.

Э, какая там поэзия. С тех пор, как исчезла религия и вера в колдовство, поэзии больше уж нет. По крайней мере, нет ее в людях, в жизни, нет живой поэзии, а осталось какое-то кривляние, какие-то бледные тени.

Научные гении — самые зловредные. Они принесли человечеству больше всего зла.

Да, гений великая вещь. Хотя, говоря откровенно, я настолько же восхищаюсь гениальными людьми, насколько презираю их произведения.

И для забитого мальчишки весь мир был таким же чуждым, враждебным, как для великого ученого, и ненависть к людям, возникшую у мальчишки в ответ на щелчки, пинки, ругательства и насмешки, профессор сохранил до сих пор в своей груди.

Если бы можно было губить направо и налево, пока хватит злобы, чтобы в чужих страданиях утопить свои собственные, чтобы быть не смешным, а страшным!

Если удастся забыть женщину, то уж унижения он во всяком случае не забудет!..

Галстух был черный, вытертый по краям, что, пожалуй, не подходило для жениха.

Эти темные, теплые майские ночи имеют удивительное свойство выбивать человека из колеи, заставлять мечтать даже самых прозаических людей.

... болезни принимают затяжной характер только у слабых натур. У сильных они разражаются быстрыми, бурными кризисами. Так говорит медицина человеческого тела; медицина человеческой души могла бы сказать то же самое.

Гений из гениев у себя в лаборатории, человек, силе которого покорялась природа, предмет уважения всего мира, кончивши работу и придя к Михайловым, он из титана превращался в шута.

Всякий дурак считает себя вправе смеяться над влюбленным, как бы тот ни был умен.

Исключительно сильные, энергичные натуры любят грозные проявления стихийных сил природы.

Уходи, волчонок, гадина, уходи, выродок! Таково было последнее напутствие, какое услышал Хребтов в родной семье, покидая ее, чтобы пуститься в широкий свет.

... отталкивающая наружность, вне сомнения, оказала громадное влияние сначала на склад его характера, а затем и на всю его судьбу.

Но самолюбие не могло бороться со страстью. Он ясно чувствовал, что поступится чем угодно, что пойдет в рабство, лишь бы добиться обладания любимою женщиной.

... свое дьявольское самолюбие, развившееся в силу всеобщего отвращения, которое его окружало с детства и за которое он отомстил своим успехом.