Первая книга, прочитанная мною у Елены Селестин, была Тот самый парфюм, которая оказалась познавательной, но которая подняла во мне волну справедливого "возмущения" по поводу того, что практически вся парфюмерная индустрия построена вокруг брендов/домов моды, а не вокруг имён создателей самих ароматов. Этот том всё исправляет и даёт нам представление о тех людях, которые непосредственно собирают духи для нас с вами, проводя кропотливую и порой, бывает, неблагодарную работу.
Несмотря на мои претензии, которые я немного озвучу ниже, существование этой книги вызывает у меня радость. Ранее я не особо близко была знакома с парфюмерной литературой, да и с самой парфюмерией более плотное знакомство начала буквально в прошлой году, поэтому я рада, что моё погружение в тонкости этой индустрии происходит у меня с помощью сочинения отечественного автора. Плюс ещё у Елены очень живой и лёгкий слог, что вдвойне приятно.
Как и первый том, эта книга так же представляет собой что-то вроде сборника эссе, где каждое посвящено отдельному парфюмеру. В книге три раздела, в которых имена парфюмеров собраны по принципу периода времени, когда они работали — золотой век парфюмерии (по сути, начало/ближе к середине ХХ в.), новые времена (середина+конец ХХ в.) и наше тысячелетие — парфюмеры, творящие в том числе и в нынешние годы. И если к выбору тех, которых Елена представила в разделе Золотого века и половины раздела Новых времён, у меня нет вопросов, то ко всем остальным — немного.
Сразу оговорюсь — каждый из упомянутых в этой книге парфюмеров имеет полное право там находиться, так как каждый из них творил настоящие шедевры. Но мне кажется, присутствие здесь одних, скажем так, узко известных имён, и отсутствие некоторых других, которые скорее всемирно известны, намекает на то, что Елена по большей части руководствовалась личным выбором, а не мотивом познакомить аудиторию с действительно широкой плеядой парфюмеров, которые произвели революцию или выпускали несомненные шедевры.
Например. Как я и сказала, раздел "Золотой век" трогать нет смысла: там действительно каждое имя — история сама по себе. В разделе "Новые времена", в принципе тоже все присутствующие находятся там по праву, единственное, я не понимаю, зачем там Серж Лютанс: он не был именно парфюмером, скорее, концептуалистом (и в книге об этом говорится!), я считаю, что если объединить его главу с главой про Кристофера Шелдрейка, то этого будет вполне достаточно, а главное — справедливо. Потому что на Лютанса особенно плотно в начале работал именно Шелдрейк, к тому же, если есть Серж Лютанс, тогда где глава про Фредерика Малля? Точно такой же концептуалист, но так же как и Лютанс, не относится непосредственно к композиторам ароматов.
Далее идёт раздел "Ароматы этого тысячелетия", и вот тут я оказалась озадачена. Мона ди Орио, Роджа Дав, Гёза Шон — персоны, без сомнения, талантливые и замечательные, НО. Для меня немного странно, что есть они, но нет, скажем, Оливье Креспа, который чуть ли не официально зовётся Королём Люкса — столько мегапопулярных парфюмов он создал, выпускаемых до сих пор (!) и давших начало новым течениям в парфюмерии (!!). Тот же Angel Mugler его руки (совместно с Ширином) буквально начал революцию, подарив нам целое семейство гурманских ароматов, за что я бесконечно благодарна, так как являюсь его поклонницей. А Light Blue Dolce&Gabbana его же авторства? Тут даже слова излишни, сколько копий на него выпускается до сих пор.
Помимо Креспа обидно за отсутствие и ещё многих достойных имён: семейство Польжей, десятилетиями горбатившихся на Шанель, неоднозначный Демаши с его практически разрушением, на мой взгляд, парфюмерного дома Диор (история, по моему скромному мнению, достойная упоминания и рассмотрения), плодотворный Дюшофур, создающий пачками ароматы для нашего отечественного бренда Brocard, а ещё Антуан Ли, Мишель Альмерак, Кэлис Беккер (женщина с русскими корнями и автор J'adore Dior — только два этих факта уже достаточны для того, чтобы дать ей место здесь!), и я уж молчу про Фрэнсиса Куркджяна и Квентина Биша, которые сейчас просто заставляют всё парфюмерное сообщество заглядывать им в рот, ожидая, чего такого они ещё сочинят.
Возможно, я спешу, и Елена выпустит ещё один том, где воздаст справедливость и этим именам в том числе? Было бы восхитительно, и тогда моя претензия полностью отпадает.
Правда, есть ещё такой момент. Я, как и упомянула выше, подозреваю, что Елена руководствовалась больше личными симпатиями. Потому что в каждой главе прослеживается в основном восхищение и даже благоговение перед творчеством парфюмера и его персоной. Не сказать, что это плохо, просто ведь у каждого автора есть как удачные, так и неудачные работы, даже у таких великих, которые упомянуты в этой книге. И я боюсь, что отсутствие тех или иных имён опосредовано тем, что, возможно (лишь возможно!) у Елены не особо лежит сердце к их творчеству. Не думаю, что это причина отказывать во внимании тому же Креспу, чья фигура, да простят меня поклонники, уж точно крупнее и значимее для мира парфюмерии, чем Орио и Шона. Не потому что они плохи или не талантливы. А потому что Кресп слишком крут и известен.
Это что касается содержания, есть у меня парочка вопросов к тексту. Например, вот здесь, страница 71:
Словечко "шокирующе", shocking, было любимым в словаре Скьяп.
Не думаю, что такая фамильярность ("Скьяп" по отношению к Эльзе Скьяпарелли) уместна в книге подобного рода. Вообще никогда не слышала, чтобы её так называли. Возможно, это только моя проблема, но почему-то же все знали, что Коко — это Габриэль Шанель, а про Эльзу я такого не встречала. И вообще отдаёт каким-то низким панибратством, простите, но мне не нравится. Дальше:
Почему Серж Лютанс называл ароматы Эдмона Рудницка бесхребетными?! Как он мог?
Неожиданная экспрессия посреди довольно нейтрального текста удивила. Ещё больше удивило, что в главе про Сержа Лютанса об этом не было и слова. В итоге я не в курсе, как и почему Лютанс это сказал. Отсутствие связующих звеньев портит мне настроение.
Были и досадные опечатки: Ives Saint Laurent вместо Yves Saint Laurent на 9-й странице, правда, только один раз, но чести редактору это не делает. Ибо потом, на 194-й странице, Cabochard упомянут как Caboschar целых ДВА раза! Я как бы уверена, что должно быть Cabochard, потому что у меня флакон стоит. Я на всякий случай погуглила Фрагрантику, ибо чем чёрт не шутит, но нет — Caboschar Gres положительно не существует.
Но ладно, прекращаю бубнёж, так как на самом деле бубнить особо не над чем. Несмотря на все мои претензии выше, книга завораживает — уже хотя бы тем, что про ароматы написано захватывающе нежно и с большим уважением и любовью. Это подкупает. Поэтому я счастлива, что у нас есть такое сочинение. Вполне вероятно, что все мои придирки исходят из того, что я уже слишком много знаю, и человек, желающий именно погрузиться в неизвестное, будет только рад узнать всё это. Но мне немного обидно, что читатель будет знать про Мону ди Орио, которую практически не попробовать и не купить нигде, но не узнает про Креспа или Альмерака, чьими нетленками завалены полки магазинов — только запястья готовь для знакомства с их творчеством.
Тем не менее, даже с моим бэкграундом из этой книги я почерпнула много нового и любопытного. Поэтому — твёрдые 8 флаконов из 10 и пожелание автору вдохновения, чтобы увидеть продолжение "Композиторов ароматов" со многими другими прекрасными парфюмерами.
48 понравилось
