Моя тётушка — ведьма

Мама начала вязать еще один рукав для свитера. По-моему, она вяжет наряд для осьминога.

Воспитанность - это когда всем можно, а тебе нельзя!

Когда происходит катастрофа, всегда много думаешь.

Это безумно скучная кошка. Махровое полотенце — и то интереснее.

Только не надо думать, будто счастливые концы приключаются сами.

Подлинное доверие не требует доказательств.

Крис считает, будто в ванне он моется, а по-моему, просто мокнет в собственной грязи

Единственная цель наказания - указать человеку на его ошибки. Если он этого не поймет, любое наказание обернется, в сущности, местью.

По-моему, жизнь вообще такая - сплошная кошмарная скрытая неразумность.

Когда я была маленькая, то воспринимала маму с папой как одного человека — маму-и-папу — или как небо и землю, части одного пейзажа. Теперь я знаю, они — отдельные люди, которые не ладят между собой.

Один из способов вертеть людьми - убеждать их, будто ты ведешь себя честно.

Разобраться, насколько плохо слышит тетушка Мария, очень трудно. Иногда кажется, будто она глуха как пень, вот сейчас например, а иногда она сидит в гостиной и слышит шепот в кухне через две закрытые двери. Крис говорит, что главное — она всегда слышит именно то, что ее не касается.

— Завтрака мне тоже не нужно, раз Лавинии нет и некому принести мне его в постель, дорогая, — таков был последний запрос тетушки Марии.

Мама пообещала принести ей завтрак на подносе ровно в восемь тридцать. Отличный метод доведения до ручки.

— Иными словами, дыра, — подытожила она. — Но знаете ли, дыра с весьма полезным для здоровья климатом. Местные жители доживают до невообразимых лет, однако детям не в сезон предложить особенно нечего, тут я соглашусь.

Это самая настоящая одержимость, даже когда совсем сыт. Дело не в том, что ты голоден, а в том, что ты все время хочешь съесть ещё что-нибудь.

Могущество — врожденное свойство личности, оно не воспитывается.

Я была как во сне, словно с черепа сняли крышку и мозги проветривались.

Вот вам бы захотелось поехать туда, куда не доехал ваш отец перед смертью, да еще и пожить там?

Наоми обзывала тетушку Марию такими словами, что чуть не начала мне нравиться. Она выкрикивала почти все то, что и я всегда хотела сказать: «ханжа», «лицемерка», «старая белоручка — я всегда всю работу за тебя делала!» А тетушка Мария называла Наоми,
например, «блудницей вавилонской», а это, возможно, было не менее обидно. И кстати, наверняка не менее справедливо.

Утром я от зевоты ничего кругом не видела