Ο Χάρι Πότερ και οι κλήροι του θανάτου

Может, он и далеко, но не надо забывать, что он умеет перемещаться быстрее, чем Северус Снейп от шампуня, так что избегайте ненужного риска.

Встретил он Смерть как давнего друга, и своей охотой с нею пошёл, и как равные ушли они из этого мира.

Кикимер проводил всех троих поклонами и обещанием приготовить к их возвращению бифштексы и пирог с почками.
– Какой он всё-таки милый, – любовно сказал Рон, – а я-то хотел отрезать ему голову и приколотить её к стене.

– Кикимер, перестань! – крикнул Гарри.
Тонкие ручонки Кикимера подрагивали от тяжести сковороды, которую он по-прежнему держал наотлёт.
– Может, ещё разок, хозяин Гарри, а? На счастье?
Рон захохотал.
– Нам нужно, чтобы он оставался в трезвой памяти, Кикимер, но если будет артачиться – милости прошу, – ответил Гарри.

Сердце Альбуса было разбито…
– Не только сердце. Разве Аберфорт не сломал ему нос прямо посреди заупокойной службы?

– Задержалась немного в вашем очаровательном огородике, чтобы поздороваться с гномами, они у вас там кишмя кишат, чудесно! Мало кто из чародеев понимает, сколь многое мы можем почерпнуть у мудрых маленьких гномов или, если называть их как должно, у Gernumbli gardensi.
– У наших можно почерпнуть множество ругательств, – сказал Рон, – но, по-моему, они и сами почерпнули их у Фреда с Джорджем.

– Вот смотри, Рон, если я сейчас выхвачу меч и проткну им тебя насквозь, я же всё равно не причиню твоей душе никакого вреда.
– И это станет для меня подлинным утешением, не сомневаюсь, – сообщил Рон.

– Грозный Глаз мёртв.
Никто не произнёс ни слова, никто не шелохнулся. Гарри показалось, что внутри у него что-то обрывается, рушится, пробивая землю и покидая его навсегда.

– Правда? – спросила Гермиона, глядя в лицо Рона и всё ещё обвивая руками его шею.
– И ведь вечно этот удивлённый тон, – сварливо проворчал, высвобождаясь, Рон. – Ну что, все вернулись?

– Без моего содействия вы этого сделать не сможете, вам понадобится несколько моих волос.
– Да, вот это наш план и погубит, – сказал Джордж. – Ясно же, что, если ты не станешь нам помогать, у нас не будет ни единого шанса получить от тебя хоть один волосок.
– Ага, тринадцать человек против молодца, которому и магией-то пользоваться запрещено – какие уж тут шансы, – поддержал брата Фред.
– Смешно, – отозвался Гарри. – Очень забавно.

Волшебная палочка может не больше того, на что способен ее владелец. Просто некоторые волшебники обожают хвастаться, что их волшебная палочка длиннее и лучше, чем у других.

Восходило солнце, над головой раскинулось огромное выцветшее небо во всей своей чистоте и беспредельности, равнодушное к Гарри и его страданиям.

Я давно говорила: волшебникам еще придется заплатить за то, как они обращаются с домовиками.

Последний же враг истребится - смерть.

— Да, прячешься, - сказала она. — И смотреть ни на кого не хочешь.
— Это вы не хотите на меня смотреть!
— Может, вы друг на друга по очереди смотрите, просто не совпадаете по времени? - предложила Гермиона, причем уголки рта у нее слегка поднялись.

- В "Пророке"? - усмехнулся Тэд. - Ну что ж, ты заслужил того, чтобы тебе лгали, раз до сих пор читаешь эту гадость. Если хочешь действительно услышать факты, читай "Квибблер".

“— Так вы сохраняли ему жизнь, чтобы он мог погибнуть в нужный момент?”

“— Что было раньше, феникс или огонь?”

— Cкaжитe мнe напoслeдoк, это все правда? Или это происходит у меня в голове?

— Kонeчно, это происходит у тебя в голове, Гappи, но ктo сказал тебе, что поэтому оно не должнo быть пpaвдoй?

Как они глупы, доверчивые дураки, разве можно полагаться на верность друзей, разве можно хоть на мгновение выпускать оружие из рук.