Во второй части "Гидеона Фолза" Лемир отчасти решает затронуть тематику детства, которое накладывает на одного из героев непосредственный отпечаток, вследствие чего он сталкивается с абстрактным злом, затаившемся в подвале католического приюта. Было ли это его предзнаменованием или судьбой, мы так и не узнаем, но автору очень важно подвести читателя к тому, почему угрюмый отшельник стал именно таким. В остальном же создатели продолжают вести увлекательные разговоры о том, как абстрактное, неосязаемое и безнаказанное зло способно исковеркать любого, кто с ним вступит в неравную схватку.
По факту автор пытается дать нам некоторые ответы, но при этом он напускает дыму и различных эффектов, которые скачут галопом и поражают взгляд мириадами красочных огней, не забывая про выбранную специфику и обусловленные рамки этой истории. Мир загадочного захолустья, неприветливого мегаполиса и потаенных душевных страхов обрастает новыми подробностями, а также в нее заходят неизвестные игроки, чья сущность до конца останется нераскрытой. Конечно, от сиквела достаточно глупо ожидать, что в нем для нас раскроют какие-то козыри, поэтому лучше не стоит предъявлять к нему завышенных ожиданий.
"Первородные грехи" - это промежуточный этап, в котором Лемир старается раскрыть старых героев, придать им нужной глубины чувств и эмоций, чьи ответвления и противоречия качнут чашу весов в ту или иную сторону. Пастор Уилфред потихоньку встанет на сторону местного врача, сблизится с шерифом, словившей пулю в конце "Черного амбара", а психолог Энджи окончательно перейдет Рубикон, пытаясь помочь разобраться Нортону в его ситуации. Жребий будет брошен, о чем, кстати, станет вещать предбанник психиатрической лечебницы, куда на какое-то время упекут одного из персонажей, что явно говорит нам о том, что некоторые маски, как и респираторы, выбросят впоследствии за ненадобностью.
Честно говоря, у Лемира вторая часть получается менее громоздкой, более динамичной и короткой. Тут всего наберется около ста тридцати страниц, на развороте которых события возьмут нехилый разбег, комикс начнет продувать сопла и готовиться к неумолимому старту. До этого были лишь предполетные работы, но именно здесь создатели проложат дорожку к чему-то такому, что должно лишь повысить градус напряжения. Именно в сиквеле зло окончательно приобретает этакое улыбающееся лицо, чей прообраз иногда трансформируется в некоего преступника из прошлого, собирающего в черном амбаре некую машину, готовую выпустить в реальность нечто чужеродное и опасное.
Его невозможно объяснить словами, это зло при внимательном рассматривании трудно логически воспринимать, потому что Лемир при помощи Соррентино делают антагониста вязким, инфернальным, непонятным, приобретающим различные формы. Иногда членистоногое, порой бестелесное, а местами и вовсе начисто бесплотное. Вполне возможно, что в следующих выпусках для читателя сбросят завесы тайны, но уже не для русскоговорящего, потому что издательство по каким-то причинам забуксовало и до сих пор так и не выкатило на всеобщее обозрение продолжение данной франшизы. Так что для тех, кому пришлась по душе аура, атмосфера и давящая обстановка столь мрачного городка, то им придется искать оригиналы и читать по-английски.
Что же касается "Первородных грехов", то они всецело напоминают нам сон о прошлом, когда все самое кошмарное и ужасное тянет вас на самое дно, откуда нет никакого выхода. Это очевидно, ведь Лемир выстраивает гамму страстей таким образом, чтобы его герои никогда не находились в состоянии покоя. Они постоянно пребывают в стрессе, в движении и угнетающих декорациях, которые похожи на грозно надвигающийся танк. Эта махина лязгает гусеницами, испускает клубы дыма и неустанно прет на твои позиции, а ты словно замер и не можешь ей противостоять. Выход-то, конечно, имеется, мы можем либо бежать, либо драться, но в любом случае мимо нас этот монстр никогда не проедет.
Итог: мистификация данного выпуска колоссальна, ее события происходят словно в двух параллельных реальностях, что добавляет франшизе некоторую толику черной магии. По сути, это не такой уж и новый сценарный ход, если вообще не уловка, но исполнен он довольно-таки неплохо, потому что авторы знают, куда ведут персонажей, чувствуется их целеустремленность, грамотность и последовательность. Лемир кропотливо, шаг за шагом, выстраивает собственную концепцию очень серого, унылого и темного мира, в котором люди неуклонно меняются в момент наиболее страшной опасности. Чем все это закончится? Хорошо бы знать ответ, потому что пока он скрыт в последующих выпусках, ожидающих своего часа публикации в издательских закромах.
23 понравилось
