С Кощеем жить — злодейкой быть

Из тех женщин, что и избу горящую остановят и в коня войдут.

Если у маленьких женщин нет защитника, то жизнь у них суровая. Ведь себя физической силой не защитишь. Приходится качать характер. Мерзкий.

— Ты не Дура? — Кажется, Ваня обиделся.

— Немного и дура, не волнуйся. 

— Тот, кого нельзя называть, — профессор говорил и хихикал.

— Да вы издеваетесь? 

— Если у нас задание выжить, то почему мы идем туда, где это сделать сложнее?

— Так убить труб’а, — Буратино все еще не убирал из тона своего голоса язвительность.

— А зачем? Ведь задание выжить. Останемся здесь и того… выживем

... спросила Горыныча — как он превращается в трехголовое чудище-то.
Мне решили не просто рассказать, а показать. Ректор, как самый трезвый (очень относительное понятие после всего выпитого) предложил это сделать на улице.

На улице было уже темно, но под свет из окна таверны получалась красивая мистическая картина. Тройняшки взялись за руки и приподняли их, как в знак победы.
— Сила трёх! — прокричали три пьяные глотки.

«Да, да, любимый, я все еще хочу тебя удивлять»

С таким подходом к первому знакомству с девушками и неудивительна его нежная привязанности к руке. 

— А что случилось?

— Умерла Смерть. 

Я замерла, пораженная парадоксом. Меня тянуть провожатый не стал, а продолжил:

— Она ж еще тогда старухой была, магии уже и на отражение проклятья не хватало. Тот некромант — ее последнее дело. 

И так это спокойно сказал. Ну, может, только немного грустно. Удивленной выглядела только я. Но, видимо, тут ничего такого. Любовь любит, Надежда надеется, Вера верит, Славик славится, Смерть умирает, а Акакий, охх, бедный мой одногруппник Акакий.